Бурятский язык - вопрос национальной безопасности

 24 апреля Народный Хурал Бурятии вновь принял злосчастную статью 10.1 республиканского закона об образовании. В нее внесли поправки, что республика обеспечивает изучение государственных языков, а также гарантии на свободный выбор изучения государственных языков. Порядок преподавания и изучения Хурал взвалил на правительство республики, читай — на министерство образования РБ. Ни о какой обязательности изучения языка опять в законе речи не было. И на этот раз ни на какую ошибку или осечку это решение не свалить. Против статьи проголосовало всего три депутата.Все доводы общественности, учителей бурятского языка, и даже своих коллег-депутатов, Народный Хурал проигнорировал. Причем, под виртуальные аплодисменты противников изучения языка. Как пишут на одном из популярных местных сайтов: «Пусть буряты учат язык в семье», «Бурятский язык надо изучать факультативно», «Учебная программа и так перегружена, зачем туда втыкать еще и бурятский» и так далее. Видимо, придется вновь вернуться к сути вопроса.К бурятскому языку нужен дифференцированный подход. Пока, к сожалению, что сторонники обязательного изучения, как и сторонники «свободы воли», не учли многих нюансов. Начнем с того, что понимается под обязательностью изучения. Противники этой формулировки кричат об «обязаловке», что, скажем, представителям других народов не нужен бурятский язык, знать его им незачем.Но обязательность вовсе не означает изучение языка с 1 по 11 классы, что также упускают из вида сторонники преподавания.  Уже сейчас существуют три программы — бурятский язык как язык образования, язык изучения как родного, и язык изучения как государственного. В первом случае, на родном языке ведутся не только уроки собственно языка и литературы, но и другие предметы, в частности, математика, природоведение, факультативные занятия, вроде изучения родословной и традиционного быта. В Бурятии данная программа не применяется нигде, даже на уровне начальной школы. Хотя, в принципе, можно было ввести подобную программу в селах, где бурят проживает большинство, и существует языковая среда.Изучение языка как родного ведется либо с 1 по 9, либо с 1 по 11 классы, с обязательным включением бурятской литературы. По данной программе в Бурятии обучается пять с половиной тысяч школьников. Учитывая количество бурят в республике — капля в море. Эта программа подразумевает то, что учатся по ней дети — носители языка, причем, неважно какой национальности. Впрочем, бывали случаи, когда бурятский язык как родной изучали дети, до школы почти не говорившие на нем. 

Скажем, я до 7 лет знал на родном языке два-три слова. Изучал язык и литературу как родные, само собой — на хоринском диалекте, причем, живя в западнобурятской языковой среде.И наконец, изучение языка, как государственного. Оно проводится либо в детсадах и начальной школе, либо до 9 класса. Включает в себя минимум один-два урока в неделю, без литературы.  Именно на этом необходимом минимуме — обязательное изучение в детсадах и начальных школах, настаивали представители общественности. И чтобы этот минимум был хотя бы закреплен законодательно. К сожалению, в республике выросли поколения «безъязыких» бурят, не разговаривающих на родном языке даже на бытовом уровне.Поэтому доводы о том, что язык в первую очередь надо изучать в семье, не выдерживает никакой критики. 

Учебная программа тоже не столь страдает, как это себе представляют противники изучения языка. В тот же Республиканский бурятский национальный лицей-интернат очереди желающих, выпускники вполне конкурентоспособны не только на региональном, но и федеральном уровне.  Для примера, приведу, сколько учебных часов преподается язык и литература в Обусинской средней школе Осинского района Иркутской области, выпускником которой я являюсь:1-4 классы: уроки родного языка 3 часа в неделю, литературы — 1 час.5-6 классы: язык — 4 часа, литература — 2 часа.7 класс: язык — 3 часа, литература — 2 часа.8 класс: язык — 1 час, литература — 2 часа.9 класс: язык — 2 часа, литература — 1 час.10-11 классы — литература — 2 часа.  Учебная программа в школе также отнюдь не страдает, и многие выпускники учатся в вузах наравне с городскими студентами. Так или иначе, минимум необходим и обязателен. Уже потом ребенок и его родители смогут решать — продолжать ли изучение бурятского языка как государственного до 9 класса, перейти на программу изучения как родного, путем, скажем, перевода в специализированный лицей-интернат, или «завязать» с бурятским. Именно гибкость в программах, дифференцированный подход к изучению, не говоря уже о повышении уровня преподавания, улучшения учебных материалов, должны стать главными в вопросе об изучении языка. Но базис должен быть заложен в республиканском законе. Вместо этого мы видим вновь расплывчатую формулировку о том, что Республика Бурятия чего-то там обеспечивает. Хурал опять самоустранился от проблемы, переложив все на правительство, министерство образования, школы, родителей. Мол, мы написали — что обеспечивает, а кто, и что будет обеспечивать — сами решайте.  В то время, как люди в Бурятии устраивали митинги в поддержку русскоязычного населения Крыма и юго-востока Украины, в самой республике, по сути, без ножа был зарезан даже необходимый законодательный минимум по изучению государственного языка. И напоследок, о «модности» и «трендовости» бурятского. Да, язык надо популяризировать всеми доступными способами. Но стоит также помнить, что родной язык — это не стиль одежды или прически, и не музыкальное или танцевальное направления. Это вопрос национальной безопасности, о чем, видимо, не хотят знать в Хурале.