Валерия Новодворская об Орде, империи и о том, что России ничего не светит
Она умерла, но ее неоднозначные мысли, касающиеся всего - даже ордынского наследия, по меньшей мере, вызывают споры и интерес.
«ГОСПОДЬ, ВИДИМО, ОСОЗНАЕТ, ЧТО ТАКОЕ РОССИЯ, ПОЭТОМУ ВЕСЬМА СКУПО ОТПУСКАЕТ ЕЙ ЯСНЫЕ ДНИ. КАК БЫ ЕЩЕ ВСЕМИРНЫЙ ПОТОП НА ОТДЕЛЬНО ВЗЯТОЙ ТЕРРИТОРИИ НЕ УСТРОИЛ»
— Может, у России карма такая? Почему, на ваш взгляд, почти ничего в ней не меняется?
— Империя зла, ордынская наследственность... Дело в том, что Россия — синтетическое государство, в основе его славянская традиция (она у нас с вами общая!), которая формировалась с V века до нашей эры, когда мы грекам у вас в Ольвии и в Херсонесе зерно продавали...
Киевская Русь — это сочетание трех самых древних традиций: славянской, скандинавской и Дикого поля, потому что мы смешивались с половцами, с черными клобуками. Оттуда пришли нравы вольные, анархические, поэтому у нас такие сложности с правовым государством, с легитимностью власти...
«Спасибо, партия, тебе за все, что предано и продано, за опозоренную Родину спасибо, партия, тебе!» |
— ...и это ничего хорошего не сулит?
— Вам повезло, вы сумели сохранить идеалы Киевской Руси, которая на самом деле была конфедерацией, лидировала в Европе по экономическому и политическому потенциалу и заменяла Международный валютный фонд, потому что деньги одалживала городам.
У нас тоже был Новгород, который придерживался ганзейского права, а также превосходил по количеству политических свобод и по уровню экономического развития европейские города, но затем на российских землях прижились еще две традиции, и они, к сожалению, нас убили. Одна из них — византийская: мы не то христианство приняли, магическую его ипостась. Вас это так не подкосило, потому что расцвет византийщины наступил, когда вы уже жили более-менее обособленно: Червонная Русь, то есть Галичина, Запорожская Сечь, а мы переняли из византийской традиции худшее — спесь («Два Рима пали, Третий стоит, Четвертому не бывать!») и модель политического устройства: внизу — охлос, а сверху — сатрапы, никакого гражданского общества. Вот что мы усвоили благодаря монахам, пришедшим из Византии!
На это наложилась еще и ордынская традиция, когда нас завоевали монголы и Москва, позаимствовав все их повадки, стала, в общем-то, Московской ордой... Отсюда мы унаследовали потребность в экспансии — бессмысленном завоевании, ведь для самой Орды не было абсолютно никакой пользы от того, что она пошла на Запад (кстати, и Россия от создания Российской империи и Советского Союза ничего ровным счетом не выиграла).
Эта ордынская ненасытность может быть устранена, только если народ сознательно от нее откажется. Мы, таким образом, стоим на пяти традициях, три из которых для демократического развития неблагоприятны.
— В будущем, кроме солнца, России что-нибудь светит?
— А нам и солнце светит достаточно редко — Господь, видимо, осознает, что такое Россия, поэтому весьма скупо отпускает ей ясные дни. Как бы еще Всемирный потоп на отдельно взятой территории не устроили!
— Тем не менее цивилизованная жизнь, как в государствах Европы, когда-нибудь в Пензенскую и Смоленскую области, в Хабаровский край придет?
— Знаете, нам был дан шанс — в 91-м его все получили. Россия, к сожалению, просто за него не ухватилась...
— Почему же, на ваш взгляд, мечтатели-либералы уступили место капиталистам-прагматикам?
— Ой, нет, капитализм — и это нормально! — всегда прагматичен, но неотделим в то же время от христианства, протестантской этики, совести. В нем ведь не только джунгли и гонка экономическая — этакая «Формула-1», но еще и законы строгие. Там милость к павшим призывают и, простите, пандусы строят для инвалидов. В Европе без таких устройств, позволяющих проехать на инвалидной коляске, ни один кинотеатр не сможет открыться, а в России вообще пандусов нет — вот он, наш гуманизм! Дело в том, что наша страна вообще не христианская.
— А какая?
— Глубоко языческая — нам миссионеры нужны. Россия верит не в Бога, а в государство, поэтому храм Христа Спасителя стоит у нас на мойке машин, и я знаю многих людей, которые въезжали в эту мойку христианами, а выезжали совершенными атеистами. Ну кто, скажите, останется христианином под рукой патриарха Алексия, который призывал юношей идти в Чечню и там убивать, да и сегодня лижет Путину пятки? Это же не церковь, а идеологический отдел ЦК «Единой России»!
Я хорошо знаю, что такое Российская православная церковь (РПЦ), поэтому принадлежу к Украинской православной автокефальной церкви. Во главе нашей общины отец Яков Кротов, ученик Александра Меня, мы подчинены непосредственно владыке Игорю, который в Харькове преподает в университете историю. Патриарха Варфоломея — под его рукой мы пребываем! — вы недавно вживую видели, а я, слава Богу, сподобилась по телевидению. Очень милый!
В сюжете: ОрдаВалерия Новодворскаяимперия
