В России происходит нарастание интернет-экстремизма, обострение дискуссий в сети

 На днях Мосгорсуд смягчил наказание националисту Максиму Марцинкевичу до 2 лет и 10 месяцев. Это произошло после подачи его защитой апелляционной жалобы. Ранее националиста приговорили к 5 годам колонии,  сообщает телеканал “Дождь”.

Тесака признали виновным в разжигании национальной и религиозной розни. Квалификация преступления была изменена со второй на первую часть 282 статьи уголовного кодекса РФ, так как высказывания националиста не повлекли за собой жертв, а в деле нет потерпевших. Адвокат Марцинкевича рассчитывает на скорое освобождение подзащитного.

По версии следствия, Марцинкевич размещал в социальной сети «Вконтакте» ролики, содержащие экстремистские высказывания. Марцинкевич был членом так называемой «Народной национальной партии». Также он создал объединение «Формат-18», однако через некоторое время его запретили за экстремизм. «Тесак» ранее уже отбывал тюремный срок по 282 статье. За решеткой националист провел три с половиной года.

 На этом фоне, как пишет “Клуб регионов” на основе недавнего исследования совместно с ЦИНК,  большинство экспертов отметили нарастание интернет-экстремизма, обострение дискуссий в сети, появление ранее не существовавших оскорблений по этническому признаку; ряд экспертов высказали гипотезу о целенаправленном и управляемом процессе наращивания межэтнической напряженности в интернете.

При этом сохраняется проблема отсутствия единого правоприменения в отношении ст. 282 УК и ст. 20.29 КоАП.

Мониторинг свидетельствует о том, что выбор в применении той или иной статьи (и санкции в рамках статьи) во многом зависит от состояния межнациональных отношений в регионе: т.е. чем сильней общая напряженность, тем вероятней, что акт онлайн-экстремизма будет квалифицирован как преступление, а не правонарушение, и будет назначено более суровое наказание. Разъяснения Верховного суда по данным статьям, очевидно, сформулированы недостаточно четко, а выделение в качестве основания для правовой оценки наличия злого умысла в онлайн-размещении экстремистских материалов препятствует формированию единообразного юридического подхода к актам интернет-экстремизма.  

Существующая система борьбы с распространением радикальных взглядов в интернете, основанная на поиске сотрудниками ЦПЭ МВД и ФСБ экстремистских материалов из соответствующего федерального списка и ксенофобных комментариев в социальных сетях и на других сайтах, очевидно, неспособна выполнить поставленные перед ней цели и нуждается в реформировании, поскольку реактивна, очень громоздка и не решает вопросы профилактики экстремизма и пропаганды позитивных ценностей.