В Бурятии девушка, больная раком, решила поселиться в зимовье
Зоя Ангаренова планирует снять фильм о себе и о том, что рак можно принять и можно от него не зависеть.
Необычную терапию прописала сама себе 32-летняя Зоя Ангаренова из Улан-Удэ - в конце прошлого года девушке поставили диагноз «рак III степени», также уже много лет она страдает полиартритом (воспаление суставов). Все это привело Зою сначала к сильной депрессии, а потом – к желанию бороться и выжить.
Пока в ее медицинском лечении наступил перерыв, девушка придумала собственное лекарство – творческое. В феврале Ангаренова отправляется в отдаленный Окинский район, где проживет в зимовье до начала лета. Там Зоя снимет фильм о себе и о том, что рак можно принять и можно от него не зависеть. Девушка уверена, что в процессе создания ее организм перезагрузится, а болезнь уйдет.
С полиартритом я жить уже привыкла
- У меня протезы тут, тут, еще на плече и на колене, - показывает мне Зоя те части своего тела, где живые суставы заменены на искусственные. – Я вся немного протез.
Но Ангаренова совсем не похожа на такого человека. Она живая, веселая и активная. Такой знают Зою ее друзья и любители активного образа жизни в Улан-Удэ. Когда-то она активно развивала велодвижение в городе. Из группы в пять человек сообщество велосипедистов постепенно доросло до трех тысяч.
Зоя обожает кататься на велосипеде и открывать новые места. Фото из личного архива
Как человек с искусственными суставами может ездить на велике, в моей голове не укладывается. Но Зоя – могла. С полиартритом Ангаренова живет уже десять лет, и он стал частью ее существования.
- Вообще это болезнь пожилых людей, - рассказывает мне Зоя. – У меня она появилась в 22 года. Я лазала по скалам в Красноярске, получила переохлаждение, простыла. Все перекинулось на кости. Болезнь развивалась по нарастающей, потихоньку-потихоньку. Сильно меня не напрягала. Когда мне первый меняли сустав в колене, я даже обрадовалась – теперь не буду хромать. Потом все стало утяжеляться.
И Зоя сорвалась.
«Я вызываю жалость, и мне это не очень»
- Я не хочу лечиться. Ничего не хочу сказать против местных врачей, но все это лечение… Все бесполезно. Я больше не могу, - такие слова Зоя сказала в прямом эфире своего инстаграма в декабре. Она плакала, и вместе с ней плакали многие зрители этого видео. Ну, потому что было слишком пронзительно.
Ангаренова прямо и честно рассказала в своем паблике о том, что она чувствует и что переживает. И попросила у подписчиков просто поддержки. Не материальной, а душевной.
- Уже на следующий день мне стали писать, звонить и даже переводить деньги, - удивляется Зоя. – А несколько человек, которых я даже не знаю, рассказали, что после этого прямого эфира они поняли, как счастливы. Одна девушка написала, что ничем не болеет, но всю жизнь считала себя глубоко несчастной и пару раз пробовала покончить с собой. После того, как она услышала меня, у нее произошло переосмысление.
Переосмысление произошло и у Зои. Она взяла себя в руки. И посмотрела на всю ситуацию по-другому.
Сейчас в медикаментозном лечении у Ангареновой – перерыв. Последний раз ей делали внутриполостную лучевую терапию в ноябре. После этого – полугодовая пауза. Никто не возьмется лечить Зою - даже в других городах.
- Там все заживает, - показывает девушка. - Внутри моего тела такие сильные ожоги, что они должны затянуться.
Зоя решила использовать возникшую паузу и снять в это время собственное авторское кино. Она уже давно хотела делать фильмы о своих путешествиях. Это и будет фильм о путешествии. Но не по стране или по городу, а, скорее, по себе.
- Сейчас я стала очень зависимой от мамы, от друзей, - объясняет девушка. - Вот это все «Принеси», «Подай!». Я вызываю жалость, и мне это не очень. Я разленилась, подсела на эту жалость, я ею питаюсь. Я уже нуждаюсь в этой заботе. И думаю, что, на самом деле, – не нуждаюсь. Поэтому, в первую очередь, этот фильм будет о том, что можно быть не зависимым от своей болезни. Уверена, что мой организм после съемок перезапустится. И на следующем обследовании следов рака вообще не будет.
Настолько слаба, что не могу взять топор в руки
Ангаренова уже разработала план, и он одновременно вызывает восхищение и страх. В феврале девушка поедет в далекий Окинский район в Бурятии («Я не была там, но мне очень нравится его изолированность»), найдет там подходящее зимовье и проживет до начала лета. Одна. Впрочем, нет, с ней еще едет крыс Реми, которого девушке подарили на Новый год.
- С дровами, кстати, большая проблема, - вздыхает Зоя. – Я сейчас настолько слаба, что у меня даже не поднимаются руки. Поэтому смотрю в интернете способы, как можно обойтись без топора.
- А дикие животные? – недоумеваю я.
- Я могу спрятаться в доме. Но я не собираюсь рисковать, - объясняет Зоя. – Этот фильм будет не об экстремальном выживании. А, скорее, о самовоспитании. Я не хочу забираться глубоко в тайгу. Буду жить одна, но недалеко от какой-то деревни и поселка. Буду выходить к людям – за продуктами и просто поговорить. Тем более, что район – шаманский. Мой род тоже из шаманов, но мы все это утеряли, забыли, когда переселились в Улан-Удэ. Моя бабушка даже уже не говорила по-бурятски.
Зоя Ангаренова – городской житель, но опыт жизни в лесу у нее есть. По профессии девушка – лесной инженер. Когда-то она работала в Байкальской лесной компании и выезжала на вахту под Туркой, чтобы вести учет срубленной древесины. Жила неделями в балке, это вагончик с печкой внутри. Лес ее не пугает.
Нельзя зарываться в себе, надо идти жить
В фильме Зои не будет конкретного сюжета. Просто быт одной маленькой девушки в одном суровом месте. Но, кажется, за счет своей простоты он будет иметь большую силу.
- Я не режиссер, - подчеркивает девушка. – И, конечно, у меня не выйдет развлекательная документалка. Я сниму свое лекарство. Да, мой фильм – это мое лекарство.
Финалом картины станет путешествие Зои по Долине вулканов в Окинском районе. Будет уже поздняя весна, к ней приедут друзья, и в Долину («для меня это интересное, мистическое место») они отправятся вместе. Кадры из этого похода тоже войдут в фильм.
- Я хочу показать, что даже если у тебя ограничены физические возможности, то можно жить и путешествовать, - говорит девушка. – Сейчас много людей со страшными диагнозами зарываются в себе. «Не могу!». «Не буду!». А я понимаю, что зарываться нельзя. Надо идти жить. Значит, я пойду и буду жить.
Кстати
Авантюризм и любовь к путешествиям – у Зои в крови. В годы юности она часто ездила автостопом. Однажды за 12 дней добралась до Москвы. «Ехала как мальчик, - рассказывает об этом опыте Зоя. – Короткая стрижка, мешковатая одежда… Называла себя Александром. Говорила, что сирота и хочу путешествовать. Я знала, что ехать девушке одной небезопасно, разные истории были. А к мальчику никто не привяжется.
В итоге вышла грандиозная поездка. Ко мне было много сочувствия и лояльности. Дальнобойщики меня даже подкармливали».
«Зоя двигается в правильном направлении»
Наталья Семенова, психолог:
- Хочется отметить, что Зоя очень мужественная девушка, а это важный фактор в преодолении болезни. Что же касается её собственной терапии, то на сегодняшний момент в психологии существует много авторов, которые убедительно продвигают подобные методы избавления от рака и других тяжелых болезней.
Многие психологи разделяют мнение, что такое явление как рак возникает от переизбытка эмоций (злость, обида, зависть, самоедство). В этой связи при лечении огромное влияние оказывает окружение человека и его отношение к жизни. Зоя как раз двигается в правильном направлении.
Во-первых, она изменит окружение и будет одна. А, во – вторых (и это не менее важно), она займётся творчеством, а творчество имеет свойство менять мышление, которое вполне способно изменить и организм на клеточном уровне, как утверждает профессор медицины Брюс Липтон.
Если Зоя ещё не знакома с его трудами, рекомендую почитать. Также по этой теме огромных успехов добился Антонио Менегетти. Многие активные люди в период болезни и после выздоровления писали книги, получали образование в сфере психологии и сейчас помогают другим в преодолении болезни. А мы будем с нетерпением ждать «перезагрузки» Зои!
