Буряты при дворе Хубилая

Знаменитый путешественник отметил, что только им и лицам императорского рода разрешалось пить особый сорт кумыса. «Был им такой почет от Чингисхана за то, что раз помогли ему победить».

Судьба «бурятской версии» сюжета Марко Поло

Как мы видели в предыдущей статье, первое несомненное упоминание бурят происходит в “Сокровенном сказании монголов”, где относится к сюжету о покорении лесных народов старшим сыном Чингисхана Джучи. После этого, как считается, наступает длительная лакуна, во время которой источники якобы не показывают термина бурят. Это не совсем так. Знаменитый итальянский путешественник Марко Поло упоминал бурят, а возможно даже разговаривал с ними. Об этом гипотетическом разговоре мы расскажем в другой статье, а сейчас напомним, как так вышло, что на полтора столетия ученые «забыли» о бурятах в книге Марко Поло.

Написанная в тюрьме “Книга о разнообразии мира” довольно быстро приобрела популярность и была многократно переписана. Списки разошлись по Италии, однако оригинал оказался утерян. При этом оригинал представляет собой запись со слов Марко Поло, сделанную его сокамерником, писателем Рустикелло. Из всего огромного множества списков и изданий труда значение для установления исходной редакции имеют лишь некоторые из них.

Интересующий нас фрагмент содержится во всех имеющих значение сохранившихся списках и изданиях “Книги о разнообразии мира”, но этноним записан в них по-разному. Известны три варианта записи с начальным h (horiad в двух редакциях, horiat - в двух, horiath - в одной), четыре - без начального согласного (orati - в одной, oriach - в одной, oriat - в одной, ouat - в одной и oriac - предположительно в одной). Есть два варианта с начальным b (boriat и buat o oriat - в одной редакции каждый).

Несмотря на то, что варианты, несомненно сопоставимые с этнонимом buriyad (т.е. бурят), встречаются лишь в меньшинстве редакций, надо иметь в виду, что считающееся одним из трех важнейших редакций труда Поло издание Рамузио использует именно вариант boriat. Русский перевод “Книги о разнообразии мира” поначалу также склонялся к нему. При этом, если европейцам того времени термин boriat ни о чем не говорил, то российские ученые в 19 веке сразу поняли, что речь идет о бурятах. Некоторое время эта версия и была в России вполне признанной.

Позднее появились другие переводы труда Поло, где вместо boriat употреблялся термин horiat (гориат). Начали появляться и критические исследования российских востоковедов. Один из них, архимандрит Палладий Кафаров, выдвинул предположение о том, что никакое другое племя в Монгольской империи не могло быть поставлено вровень с чингисидами, кроме хунгиратов. Исходя из этого, он допускал, что варианты с начальным h (т.е. все варианты типа гориат) являются искажением этнонима хунгират. В данном случае ошибкой архимандрита стало непонимание сути «почета» гориатов, откуда и проистекли неверные выводы. Впрочем, допущение Кафарова не получило признания, чего нельзя сказать о версии из издания Потье 1865 г. В этом издании был сделан комментарий о том, что термин из книги Поло можно сопоставить с этнонимом ойрат, хотя там же не исключалась и версия сопоставления с этнонимом бурят.

Так сложилось, что последующие русские переводы и издания восприняли версию Потье. Более того, из сопроводительных комментариев к книге Поло в русских изданиях почему-то исчезли упоминания варианта с бурятами. Больше чем на столетие буряты были забыты. Довольно странно, что интерес к бурятской версии не возродился в советской науке даже после издания монументального исследования крупнейшего востоковеда П. Пелльо, который не нашел причин для отождествления гориат с ойратами.

Белые кони Хубилая

Руины города Шанду. 

Теперь, после того, как мы кратко обрисовали ситуацию с множеством списков с оригинала “Книги о разнообразии мира”, пора ознакомиться с содержанием того самого пассажа, где Поло упоминает бурят. Это глава LXXV, описывающая знаменитый город Шанду, летнюю столицу Хубилая, а также обряд кропления кумысом (у Марко Поло фигурирует молоко).

«…в эти месяцы бамбуковый дворец великого хана собран, а в остальные он разобран. Построен он так, что можно по желанию и разобрать, и собрать. Двадцать восьмого августа, всегда в этот день, великий хан уезжает из того города и из того дворца, и вот почему: есть у него порода белых коней и белых кобыл, – белых, как снег, без всяких пятен, и многое их множество, более десяти тысяч кобыл. Молоко этих кобыл никто не смеет пить, только те, кто императорского рода, то есть из рода великого хана; то молоко могут пить еще гориаты, был им такой почет от Чингинс-хана за то, что раз помогли ему победить. И скажу вам, что, когда белые кони проходят, им кланяются как бы большому господину, дороги им не пересекают, а ждут, чтобы они прошли, или забегают вперед. Сказали великому хану звездочеты и идолопоклонники, что должен он каждый год 28 августа разливать то молоко по земле и по воздуху, чтобы духи могли его пить, и духи идолов станут охранять всё его добро, мужчин и женщин, зверей и птиц, хлеб и всё другое. Поэтому-то выезжает великий хан из этого города и едет туда.»

Тут нам нужно сделать важное уточнение. Сам Поло не вполне понял смысл миссии гориатов, а позднее его несколько пафосный стиль ввел и продолжает вводить в заблуждение как востоковедов, так и непрофессиональных любителей истории. Люди в основном понимают сентенцию о почете в том смысле, что гориаты были почти приравнены к императорскому дому. Это, разумеется, не так.

Вместе с тем, безусловно не правы и те, кто подумал о том, что гориаты были не более чем пастухами императорских табунов. Мы отделяем гориатов-бурят от тех пастухов хотя бы потому, что последние были известны под совсем другим названием.

Черный кумыс

В хронике династии Юань упоминается особый, самый лучший сорт кумыса, который назывался черным: «[Этот кумыс] прозрачный, а вкус великолепный. [Его] называют черным кумысом...»

О том же говорил и посол французского короля Гильом де Рубрук, хотя он, вероятно, далеко не во всем разобрался:

«Они делают также для нужд важных господ каракосмос, то есть черный кумыс. В этом случае кобылье молоко не свертывается. Правилом служит то, что ни у одного животного, если оно не стерильно, молоко не подвергается свертыванию. Если в брюхе кобылицы нет зародыша жеребенка, то молоко кобылицы не свертывается».

Информация о черном кумысе как лучшем сорте, который был доступен лишь монгольской элите, встречается у персидских средневековых историков, китайских путешественников и даже у летописцев Галицко-Волынского княжества. У нас нет никаких сомнений в том, что Марко Поло, или, скорее, Рустикелло, не вполне точно передал информацию о напитке, который было дозволено пить лишь членам императорского дома и бурятам. Речь конечно же должна идти не о молоке, а о черном кумысе. Почему черном? В бурятском языке слово хара “черный” до сих пор употребляется в значении “прозрачный”, либо “крепкий” (например, в выражениях хара архи, или хара уhан).

На видео церемония угощения кумысом. Алтаргана -2024, Булган. Из архива АРД

Позднее секрет приготовления черного кумыса был утерян, но осталось название группы людей, что умела его изготавливать: «из-за этого названия [черного кумыса] приставленные к его [изготовлению] назывались харачи (от хара “черный”, харачин “те, кто изготавливает черный кумыс”)».

Так появилась особая общность харачинов, потомков кыпчаков, переселенных монголами на территорию между городами Шанду и Ханбалык (Пекин). Название харачин постепенно вытеснило этноним кыпчак и превратилось из социального термина в этнический, в название нового племени. Историческая судьба потомков тех изготовителей черного кумыса помогает нам убедиться в том, что гориаты из книги Марко Поло не кто иные, как буряты.

Буряты тумэна Юншээбу

До сего дня не все источники по истории Юань и ранней Мин переведены с вэньяня, поэтому пока у нас имеется небольшая лакуна о харачинах. Однако самое главное нам известно. Харачины после падения Юань входили в состав государственного образования Тумэн Юншээбу, составляли его костяк. Сам тумэн в свою очередь сформировался на основе юаньского управления, ведавшего делами города Шанду и вопросами жизнеобеспечения императорского двора. Полное название этого ведомства на китайском юньсюйцзун гуань фу (雲需総管府/云需总管府). Сокращенно оно звучало юнь сюй фу 雲需府, что впоследствии в монгольском языке стало еншөөбу, в бурятском - юншөөбγ.

Это ведомство имеет прямое отношение к снабжению двора и в том числе, надо полагать, к службе харачи. Достоверные упоминания о департаменте, которые у нас есть, датируются 1315 г. Это совсем немногим позднее времени пребывания Поло в Юань, поэтому мы не должны сомневаться в прямой связи между юнь сюй фу, Юншээбу и появлением некоторых из перечисленных в составе тумэна этнонимов. В тумэне изначально и до самого конца были представлены харачины. Но не они одни.

Там же, в Юншээбу присутствует особая группа под названием Бурийад. Они и есть те самые люди Boriat, или Horiat, упомянутые в “Книге о разнообразии мира”.

Почему у Марко Поло появилось два варианта названия – бориаты и гориаты? Возможно, это связано с опиской, но не исключено, что сам Поло при диктовке употребил двойное название Хори и Бурийат, однако при позднейших переписках где-то на выбор переписчика оставалось лишь одно из двух. Быть может, вариант buat o oriat как раз и является искаженным напоминанием о двойном названии?

Буряты при Хубилае, занявшие важные должности в департаменте снабжения, были не единственными переселенцами с севера. В том же тумэне Юншээбу в эпоху Мин отмечены шарануты и икиресы (южная ветвь племени эхирит). Отмечены в этом тумэне и баргу, но, как считают некоторые ученые из Внутренней Монголии, баргуты попали туда лишь после монголо-ойратской войны 1455-56 гг. У нас мало данных о ранней истории шаранутов, но не исключено, что это племя давно связано с бурятами. Сейчас шаранутов много в Алари.

История о том, как северяне оказались столь далеко на юго-востоке, заслуживает отдельного рассмотрения, как и попытка понять, почему Хубилай благоволил им. Туманная фраза о том, что буряты помогли Чингисхану в какой-то войне, по-видимому, является лишь одной из нескольких зацепок для понимания роли северных монголоязычных племен в империи Юань.