Монгольские уроки в Китае. Часть 3

Фото вверху: юрточный туристический комплекс Барги

Продолжение, первая часть, вторая часть.

Еще в детстве, под впечатлением строк из бессмертного произведения Даширабдана Батожабая «Тооригдэhэн хуби заяан» (Заблудившаяся судьба) в оригинале и «Похищенное счастье» в переводе на русский мы упорно искали на карте таинственную землю Баргу, толком еще не зная, что большая часть монголов живет не в МНР, а в Китае. Оказавшись здесь, видишь, что это в общем-то такая же степь с узнаваемыми извилистыми речками, приземистыми сопками и, пасущимся тут и там, разнообразным скотом. Современная Барга начинается южнее Маньчжурии с городка Сагаан Балгас, где компактно проживают шэнэ барга – новые баргуты. В общей сложности их три тумэна. Тумэн – это наивысшее монгольское число, означающее 10 тысяч человек. (Поголовье домашних животных или что-то другое не принято исчислять подобным способом).

Многие жители этого небольшого баргутского городка по утрам устремляются в соседние Маньчжурию, Хайлар и Нантун на заработки, а вечером возвращаются обратно. Как правило на электричках, проезд в которых значительно дешевле, чем на автобусе. Например, билет сообщением «Маньчжурия – Хайлар» (200км) стоит 28,5 юаней, а на машине уже все 40, так как бензин в Китае дорогой – около 50 рублей за литр. (Напомню, 1ю.=10-11р.). Нужно отметить, что автомобильные дороги здесь отменные. Тем не менее, поезд преодолевает расстояние быстрее и одну из своих ездок я совершил по ж-д, оставшись весьма довольным ее результатами.

Полный вагон новых баргутов, в центре Сайн-Баатор,руководитель фольклорного ансабля г.Нантун

Не скрою, я вдоволь наговорился с баргутами, для которых, как и для остальных монгольских народностей АРВМ, в диковинку был бурятский фарингальный спирант «h» (молодое поколение шэнэ-баргутов активно ассимилируется с халхаговорящими монголами, забывая свой бурятский диалект, в котором есть звук «h». – прим. ред.). Уйдя от него и влившись в «сакающую» речь, мне показалось, что и баргуты старались, как можно меньше в беседе со мной, употреблять чисто свои «местнизмы».

Конечно, мне сразу непонятны были слова типа «пуйпу»(кирпич), заимствованные из китайского языка, равно как и им русские в бурят-монгольском , скажем, «пеэшэн»(печь). Но это нормально. В остальном же мы довольно точно понимали друг друга, ибо наши языковые корни идентичны и случайная встреча единокровников из Барги и Бурятии принесла всем незабываемое удовлетворение. Тем более еще свежи в памяти сильные и высокие впечатления от прошедшей минувшим летом встречи баргутов монголосферы в Баргузине.

Об этом эмоционально говорила сорокапятилетняя Оюун-Гэрэл, которая замужем за эвенком (хамниганом) Насан-Баяром и ей совершенно удобно и привычно в монгольском будничном общении переходить на любой диалект. Она профессионально ухаживает за скотом уже 23 года. Маму зовут Саран-Сэсэг, которая тоже всю жизнь занимается животноводством, как и, в свою очередь, ее свекровь Ухин – бурятка, родной брат которой Бальжинима является отцом актрисы… Государственного Бурятского театра драмы Лосолмы Протасовой (в девичестве Бальжинимаевой). Вот уж, действительно, как говорится в одной бурятской пословице: земля круглая. Добавлю, что есть еще и хуушан барга (старые баргуты), которые живут еще южнее вглубь Внутренней Монголии. Известно, что они прикочевали сюда с берегов Байкала, из Баргузина еще во времена Чингис-хана, разумеется, служили ему, дали свое имя обжитой земле и сегодня их также насчитывается не менее трех тумэнов.

Баргутка Оюун-Гэрэл со своей мамой Саран-Сэсэг

Урбанизация в Срединном государстве идет такими темпами, что северные города АРВМ Хайлар и Нантун уже практически соединились. Первый, как центр Хулунбуирского округа, поглощает второй, являющийся цитаделью китайских эвенков, число которых достигает 30 тысяч человек. Нужно отметить, что, несмотря на многонациональность (более 30 народностей, включая редких местных русских и корейцев) это уже сугубо китайские города, но с ориентальной монгольской спецификой.

Нантунская бурятка Мисигма с дочкой

Еще одно совпадение, о котором непременно необходимо упомянуть: АРВМ – это первая территория в КНР, которой был присвоен статус автономии. Сама собой напрашивается параллель с СССР, в котором ленинским указом о праве нации на самоопределение автономия была предоставлена, прежде всего, российским монголам: бурятам и калмыкам. Очевидно, что и здесь, в деликатной сфере межнациональных отношений, в Китае взяли из советской жизни лучшие примеры.

Будни Нантуна

Чисто бурятских семей в Нантуне немного, чуть больше сорока. В Хайларе больше, поскольку это крупный город и в котором внутренние монголы давно перемешались друг с другом. Но есть такие, кто несмотря на наличие многих кровей считает себя бурятом. Например, 55-летний Шимпушин Гантумэр, отец которого китаец, мама-метиска между тангутом и русской. Его нагаса эжы (бабушку по материнской линии) звали Шарлуу (бур.светловолосая, светлоглазая) и она родилась здесь, в среде бурятов, дав начало многочисленному потомству. В семье, в которой вырос Гантумэр тринадцать детей, т.е. у него четыре брата и восемь сестер, само собой, все говорят на бурятском и воспитаны в этом духе. Несколько сестер вышли замуж за дагуров и хорчинов, а сам он женился на шэнэхэнке из рода харгана Цымжит и у них двое детей. Как и все буряты, колоритный многокровка Гантумэр держит скот: 30 коров, 100 овец, 10 коней, 200 коз. Работает в бригаде «Баян-Уул». Нетрудно представить, какой неожиданный микс кровей (тангутская, русская, китайская, бурят-монгольская) получился у его двух сыновей, в которой теперь есть и наша.

Шимпуушиин Гантумэр - самый "колоритный бурят" Нантуна

Продолжая сельскохозяйственную тему, отмечу, что местные селяне всеми силами стараются иметь в городе хоть и небольшой, но свой бизнес. Многие приобретают благоустроенные квартиры.

Довольные шэнхээнские животноводы после сдачи мяса в Нантуне

Вот и у молодых коллег Гантумэра, супругов из Зуун сомона Сэрэн-Дашиин Сэрэн-Дамба (из рода хүбдүүд) и Нимын Субад (харгана) овец уже 200, 20 лошадей, 40 коров и сотни коз. В 2014 году они приобрели трактор за 60 тыс. юаней. Здешняя политика сельхозподдержки такова, что 70 процентов от суммы берет на себя государство. Сейчас это крайне актуально, поскольку цена мяса от одной коровы с осени 2015 года упала с 13000 юаней до 8000 ю. То же самое произошло с молочными продуктами. Впрочем, эта чета далека от пессимизма и пускать под нож своих кормилиц не собирается.

Окраина Сагаан Балгааса.

Как известно, в холодное время года всем животноводам удается отдохнуть, но с наступлением тепла интенсивность работы резко возрастает. Тем не менее на летние праздники кочевников время всегда уделяется и они, как и многие их соотечественники, очень надеются приехать на «Алтаргану».

Фото: Нордоп Дашиев.

(Продолжение следует…).