Этнические кладбища Москвы

По советской еще традиции сегодня на российских погостах хоронят всех умерших, вне зависимости от их национальности и вероисповедания. Однако в последнее время на больших кладбищах стали появляться обособленные «этнические» участки. Например, на Востряковском в Москве есть специальное место захоронения для евреев. На Митинском и Домодедовском – мусульманские участки. На православно-атеистическомКузьминском своих близких отдельно хоронят цыгане, отдельно – армяне.

Как сообщается на сайтах различных бюро ритуальных услуг, похоронить умершего в соответствии с его национальными традициями сегодня совсем не сложно. Правда, обходятся  такие похороны существенно дороже обычных. Ведь система заточена на «основного потребителя услуг», а это православные русские. Просто потому, что 9 из 10 москвичей – русские, а свыше 70% жителей столицы называют себя православными христианами и в соответствии с многовековой традицией хоронят усопших в гробу на третий день после смерти. И вот здесь случаются казусы.

О недавнем кладбищенском ЧП «НацАкценту» рассказывает работник Домодедовского кладбища: «Приезжает к нам полиция со словами, мол, у вас посреди дороги гроб валяется! Один из водителей чуть не въехал в него. Приезжаем на место: действительно – гроб... Пустой, слава Богу. Выяснилось, это мусульмане хоронили родственника, а у них ведь не принято в гробу, они же в саване хоронят. Вот они гроб, в котором из морга везли, выкинули».

По словам сотрудников Домодедовского кладбища, несколько лет назад на окраине погоста постепенно стал разрастаться исламский участок. Специально его никто не обустраивал, но так сложилось, что последователи пророка Мухаммеда начали хоронить «своих» отдельно.

Головой к Мекке

В мусульманской похоронной традиции гроб, действительно, не присутствует. На кладбище тело несут на специальных носилках. По правилам хоронить принято в день смерти на ближайшем к дому кладбище. Кремация категорически запрещена. Класть усопшего в одежде в могилу тоже не принято, поэтому умершего укутывают в специальный саван – «кяфен». Над ним читается вначале специальный намаз «джаназа», потом Коран. Хоронят мусульман головой в сторону Мекки.

Изначально на мусульманских кладбищах не было надгробий, они появились позже, но оформление памятников у мусульман всегда было простым и лаконичным. Как правило, надгробие представляет собой плоскую каменную плиту, закругленную или прямоугольную. На памятнике строжайше запрещено размещать фото и вообще любое изображение умершего. В качестве украшения допускаются полумесяцы, звезды, орнаменты и рамки.  Точно так же на магометанском кладбище вы не встретите цветов, тем более искусственных.

В Москве и Московской области существует уже достаточно большое количество территорий, выделенных для мусульманских захоронений. Однако учитывая рост количества мигрантов из Середней Азии и приезжих с Северного Кавказа, можно предположить, что их в столице будет становиться все больше.

Смерть всех уравнивает

Согласно данным последней переписи, численность еврейского населения в Москве составляет около 53 тысяч человек. Московских евреев традиционно хоронили на  Салтыковском, Малаховском и Востряковском кладбищах в Москве, на специально отведенных участках. Сегодня официально все эти кладбища закрыты для новых захоронений, но, как водится, некоторым удается договориться о погребении «нефомально», в обход правил.

Вообще у иудеев не положено хоронить на нееврейских кладбищах, но многие верующие вынуждены хоронить родственников на общегородских погостах.

Перед началом похорон друзья и близкие покойного собираются рядом с гробом, чтобы попросить прощения и попрощаться. Произносится молитва, скорбящие совершают обряд «криа» - надрыв одежды, который является высшим проявлением скорби.

На похоронах и церемонии прощания тело и лицо умершего должны быть постоянно закрыты. Еврейские традиции не одобряют вскрытие усопшего и использование органов в донорских целях. Тело не бальзамируют, а кремация категорически запрещена. В гробу делают небольшое отверстие для связи с землей. «Как человек создан из праха, так и возвращается в прах», - говорят иудеи. Иногда, по желанию родственников, хоронят и вовсе без гроба.

Памятник над еврейской могилой - обычно скромный и лаконичный, ведь, по мудрому представлению евреев, смерть всех уравнивает. Поэтому вычурные и помпезные монументы над могилами не устанавливают. Изображение умершего на могиле тоже не поощряется. Так что еврейские захоронения на старинных кладбищах выглядят очень однообразно: небольшое надгробие в виде сундучка из белого камня с надписью.

На еврейских кладбищах не принято ни есть, ни пить, ни садиться, ни ходить по чужим захоронениям. Разрешается лишь подойти к своей могиле, прибраться на ней, прочитать молитву и тотчас уйти прочь.

Прах по ветру

Буддисты в Москве представлены такими народами как калмыки, буряты, тувинцы. Это, пожалуй, единственная в столице конфессия, чьим традициям не противоречит кремация. Впрочем, современным буддистам сложно соблюдать погребальные обряды своих предков, согласно которым тело заворачивали в белую ткань и предавали одной из пяти стихий. Древние буддисты просто оставляли умершего в степи, в горах или долине, а в отдельных случаях сжигали и развеивали прах. 

Любопытно, что кремация с приходом к власти большевиков стала символом активного богоборчества. Сжигали тела умерших в России и до 1917 года, но исключительно по санитарно-медицинским соображениям. Православные традиции и русский погребальный обряд предписывали предавать тело земле. Ислам и иудаизм тоже категорически запрещали кремирование. Так что трупы сжигали лишь в исключительных случаях. Единственный крематорий в Российской империи действовал на территории форта «Александр I» недалеко от Кронштадта. В форте размещалась первая в России эпидемиологическая лаборатория, там же сжигали погибших от заболеваний лабораторных животных. 

Похороны на свой лад

У населяющих Россию народов - множество необычных погребальных обычаев. Так, корейцы сжигают на могиле одежду покойного, которую тот носил накануне смерти, его постельное белье. В рот умершему кладут немного риса, а под ладони – монеты. Надевают сшитые рукавички, ведь согласно древним преданиям по пути в мир духов нужно будет преодолеть колючее поле. У могилы накрывают стол с любимыми блюдами покойного. Этот ритуал носит название «деса» и представляет собой аналог православных поминок. Все присутствующие должны попробовать еду, чтобы усопший знал, кто с ним прощается.

Роскошные и иногда даже вычурные цыганские захоронения на московских кладбищах давно стали притчей во языцех. Многие цыгане хоронят своих близких с любимыми личными вещами – гитарой, трубкой, личной одеждой, украшениями. Некоторые даже дополнительно докупают умершему вещи. В последнее десятилетие появилась особая мода не просто укладывать вещи покойного в склеп, а расставлять их там, как в комнате.

Любопытно, что издревле «мир мертвых» самые разные народы представляли как мир «наоборот». Правому в мире людей соответствовало левое в мире ином, красивое – уродливому и так далее. Поэтому в погребальных обрядах была распространена инакость действий. Например, коряки своих умерших зимой одевали в летнюю одежду, летом – в зимнюю. Правую перчатку надевали на левую руку, левую – на правую, а шапку – задом наперед. Облачение вообще подбирали неброское, в белых тонах и без украшений, чтобы в загробном мире он предстал в роскошных одеждах.

Старая Москва

В многонациональной Москве с давних пор существовали отдельные места захоронений для иноверцев. До революции похороны считались именно религиозным обрядом, поэтому кладбища делились по конфессиональным и национальным признакам.

Самым большим иноверческим кладбищем Москвы было Введенское или «немецкое». До 1917 года оно оставалось единственным погостом в столице, где хоронили «западных христиан» - лютеран и католиков, которых в народе называли «немцами». В старину иноверцы, как и русские, погребались при церквях. Так что выходцев из Европы также хоронили в Марьиной Роще, на Лазаревском кладбище, в Немецкой слободе около Старолютеранской кирхи Святого Михаила и Новолютеранской кирхи Святых Апостола Петра и Павла.

Нельзя не вспомнить о небольшом Армянском кладбище, расположенном в Пресненском районе напротив Ваганьковского. Оно было основано в 1805 году по ходатайству старейшины армянской общины в Москве Минаса Лазарева. При его содействии была построена и армяно-григорианская церковь Воскресения Христова - Сурб Арутюн. Примечательно, что у храма нет колокольни, ведь до 60-х годов XIX века колокольный звон в армянских церквях Москвы и Петербурга был запрещен. В 1859 году погост обнесли величественным капитальным забором с башнями.

Сегодня большинство могил на кладбище датируются концом XIX - началом XX веков. Здесь можно встретить усыпальницы-часовни, выполненные по средневековому армянскому канону, надгробия-хачкары и современные вычурные могильные плиты с фигурами покойных в полный рост.

Примерно с XVI века (со времени появления Крымского двора) и до конца XVIII в Москве существовало татарское кладбище. Оно находилось за Калужскими воротами Земляного города где-то на территории нынешнего парка Горького. В 1771 году после эпидемии чумы было открыто Даниловское мусульманское кладбище. После этого захоронения на старом татарском кладбище прекратились.

В 1788 году еврейской общине Москвы был выделен участок земли по соседству с православнымДорогомиловским кладбищем. Отделялись они друг от друга деревянным забором. Вход на еврейское кладбище находился близ моста Окружной железной дороги. Вдоль центральной аллеи хоронили наиболее состоятельных и известных людей. С правой стороны выступало серое в арабском стиле здание молельни с куполом, увенчанным переплетающимися треугольниками.

В период Первой Мировой войны на кладбище кроме горожан хоронили евреев-беженцев и раненных солдат иудейского вероисповедания.

Кладбище перестало существовать примерно к концу 1920-х годов. Захоронения на нем были прекращены, ограды и надгробия стихийно снесены и разобраны нищавшим населением. В 1932 году еврейской общине выделили территорию вблизи поселка Востряково.

Новая религия

В советское время в результате атеистической пропаганды похороны превратились в гражданский ритуал, а кладбища перестали быть религиозными объектами. Хоронили без учета национальности и веры. Так что могила русского на советском кладбище спокойно соседствовала с захоронением еврея и татарина. Обособленные национальные погосты кое-где еще оставались, но властями не поощрялись.

Родился новый советский похоронный ритуал с «гражданскими панихидами» и красными обивками для гробов. Над могилами появились пирамидки из тонкого металла со звездой. Впрочем, некоторые религиозные традиции сохранились. Например, обычай устраивать после похорон поминальный обед, отмечать девятый и сороковой дни.  

Места всем хватит

Несмотря на светский характер нашего нынешнего государственного устройства, сегодня столичные власти и руководства кладбищ стараются идти на компромисс. По мере возможностей тем или иным национальным объединениям выделяют собственные участки на погостах. Однако, по словам самих представителей некоторых религиозных общин, таких мест в Москве и области категорически не хватает.

В 2014 году мэрия Москвы запланировала открыть новые зоны захоронения для мусульман и иудеев на расширенных территориях Бутовского, Перепечинского, Щербинского и Востряковского кладбищ. Кроме того, в «новой Москве» в ближайшее время должно открыться единственное в столице еврейское кладбище. Его обещали проспонсировать некие бизнесмены, исповедующие иудаизм. При кладбище будет создан специальный попечительский совет, который станет давать разрешения на захоронения. Предварительно он будет устанавливать, был ли усопший иудеем и состоял ли в общине. На могилах не позволят ставить роскошные дорогие памятники, оформляться они будут в едином стиле. Для безопасности погост хотят оснастить по последнему слову техники.

Таким образром этническое и конфессиональное разнообразие в столице многонациональной России будет учтено от начала и до конца жизни человека. Правда отношение к этому факту неоднозначное. Некоторые наблюдатели отмечают, что разделение по этническим и конфессиональным кладбищам является одним из признаков разобщенности граждан страны.