Саяны продолжают быть трамплином для политического слалома

Как известно, из микса этих зимних горных дисциплин получается зрелищный и, главное, непрогнозируемый фристайл. Нечто подобное в последнее время происходило в знаменитом краю. Точнее, продолжает происходить, несмотря на весеннее таяние снегов и пробуждение сотен аршанов.

Этого следовало ожидать, поскольку ресурсы в борьбе за пост главы района задействованы очень внушительные. Свежие сообщения избиркома Бурятии, весьма категорично ставящие под сомнение итоги голосования, также не на шутку возбуждают и без того темпераментных тункинцев.

Но во всей этой истории есть еще одна сторона, на которую стоит обратить внимание. Невидимая стороннему глазу и непонятная чужаку.

Речь идет об уроженцах долины — улан-удэнцах, поколениями живущих здесь и имеющих большой удельный вес не только в родовом многообразии бурят, но и в политическом истеблишменте республики в целом. Априори они незримой нитью влияют на любое движение, связанное с их родиной.

Когда-то во главе этой пирамиды стоял Владимир Саганов, который многие годы командовал на площади Советов. Опять же никак не стирается из памяти жирная клякса его сенсационного тункинского фиаско на закате блестящей карьеры.

Некоторые остряки-хонгодоры, знающие толк в столичной жизни, в ответ на альхеевскую победу тут же нашли у себя усть-ордынские корни. Впрочем, яркий иркутский след в состоявшихся выборах играет в восприятии улан-удэнцев и жителей Бурятии скорее негативную роль. Кто ж будет радоваться открывающейся перспективе зависимости от крайне энергичных соседей, забирающих прямо на глазах дивиденды курортного бизнеса?

Вот так же в тучные нулевые, под изумленные взгляды столичного электората, читинцы умудрились увести из Бурятии... энергетику. Как ни бери, этот абсурд ассоциирован с прокоммунистическим первым президентом республики Леонидом Потаповым. Эта брешь в экономике по сей день, как минимум, не позволяет РБ вырваться из виктимности. Как максимум, жителей Прибайкалья ждет окончательный провал на дно капитализации.

Вспоминая, к чему привели трюки с генерацией, выходцам из долины невольно приходится заботливей смотреть на родную Тунку. Ведь определенные аналогии напрашиваются сами собой.

Первый секретарь БРО КПРФ Вячеслав Мархаев ради победы Ивана Альхеева выложился на все «сто». К тому же он – член Совета Федерации от Иркутской области. Альянс крупного капитала и коммунистов, вырвав победу у «Единой России» с небольшим перевесом, тут же на радостях приклеил оппонентам бурятский каламбур об «ядруу» (бур. неполноценный, ущербный) от «едра».

Как известно, проигравшая сторона незамедлительно инициировала скрупулезный анализ с участием специалистов и общественников и уже настаивает на пересмотре итогов. В свою очередь Тункинской долине грозит масштабная зачистка, исходящая от сенатора-полковника. Так что здесь не исключен еще один виток напряженности, поскольку на защите интересов Тунки стоит и по должности, и по совести тоже боевой полковник – председатель райсовета Аламжи Сыренов.

Обычно занявший второе место уходит в тень. Здесь, очевидно, произошло обратное.

Действительно, харизма Аламжи, заложенная бессмертным произведением Батожабая «Похищенное счастье», не может не импонировать. Ведь в сложнейших жизненных перипетиях он не предал никого, включая предводителя хунхузов Ван Тумэра. Напомню, что герой трилогии был родом из этих мест.

Сыренов унаследовал его выдержку и волевой характер, которые де-факто совпали с образом современного бурятского батора. Они-то и позволили землякам сделать его своим истинным лидером, а ему – завоевать симпатии во всех уголках этнической Бурятии.

А вот его визави Альхееву с более мощным былинным именем Иван после работы в Иркутске еще предстоит вписаться в круглогодичный курортный сезон, который продолжают лихорадить протестные митинги и прочие «прелести» борьбы за умы и сердца.

Если не ошибаюсь, решающая коллизия развернулась вокруг четырехсот с лишним человек. Это равносильно полному залу в театрах Улан-Удэ. И если бы горожанам-тункинцам было позволено законом исполнить свое право, возможно, их столичность решила бы финал выборного спектакля совершенно другим образом.

Тем не менее, в новых условиях прежним осталось многое. Вечны, конечно же, и белоснежные суровые Саяны, которые любого вывернут наизнанку, перманентно проверяя на выживаемость. Желательно иметь это в виду и в политическом слаломе, где, как и в обычном, немудрено свернуть себе шею.

Еще очень важно не спутать по незнанию обычный трамплин – с гигантским, падение с которого, как не раз видела Тунка, бывает очень болезненным.