Как бурятского малыша с непростой судьбой усыновили москвичи

Мальчик с пересаженной печенью из бурятского Дома ребенка уже три месяца живет в Москве с родителями – именно с родителями, потому что «приемная семья» – это не про них. Упитанный довольный полуторагодовалый малыш прижимается к отцу, шепчет «папа». Глядя на Аюра, невозможно поверить, что еще недавно его будущее было неопределенным, да и вообще шансов выжить было немного, рассказывает сайт “Православие и мир”.

Летом «Правмир» опубликовал статью о мальчике Аюре из бурятского Дома ребенка, которому за свою годовалую жизнь пришлось пережить много – сразу после рождения от него отказалась мать, а потом выявилось заболевание печени, несовместимое с жизнью. Спасли малыша в НИИ трансплантологии им. Шумакова – сделали пересадку взрослой трупной печени, ведь родственников у Аюра нет, а детское донорство в России запрещено.

После операции Аюр быстро восстанавливался, но врачи беспокоились о его дальнейшей судьбе, ведь в детском доме, да еще и в далекой Бурятии, очень трудно организовать необходимый после трансплантации уход. И тогда по просьбе главного трансплантолога России Сергея Готье многие СМИ опубликовали просьбу об усыновлении малыша.

Показала фотографию мужу, и Андрей сразу предложил: «Давай его усыновим!»

Надо сказать, что никаких разговоров про усыновление ребенка раньше в семье не было.

На следующий же день Наталья и Андрей были в НИИ трансплантологии, и когда Аюр протянул к ним ручки, стало еще более очевидно, что это их ребенок. Хотя надо признать, что такие мысли посещали многих, кто хоть раз видел Аюра. Он действительно необычный малыш – невероятно обаятельный, ласковый, но в то же время в поведении много достоинства и сдержанности.

После публикации статьи об Аюре в редакцию «Правмира» стали приходить десятки писем, и в каждом: «Увидели историю Аюра и поняли, что хотим быть его родителями». Некоторые письма запомнились особенно, в том числе и письмо Натальи:

«Мы с мужем связались с Центром трансплантологии, лечащим врачом Аюра, съездили познакомиться с мальчиком. Сейчас начали заниматься юридической стороной. Если у нас всё пойдет по плану, мы заберем его к себе. Мне 40 лет, мужу 36. Моим детям от первого брака 20 и 15 лет. Мы оба работаем дизайнерами, я рисую коллекции детской одежды для новорожденных, а муж – интерфейсы. Десять лет назад я сама перенесла тяжелое заболевание, год находилась в стационаре, там было и детское отделение. Много я насмотрелась, и когда увидела Аюра, поняла, что не могу оставаться в стороне. Рассказала мужу, он меня без колебаний поддержал. 

Буду держать вас в курсе событий. Аюр чудесный ребенок, улыбчивый, открытый. И точно знает секрет жизни, несмотря на свой юный возраст». 

Наталья рассказывает: «Обычно как происходит усыновление: сначала принимается решение, потом оформляются документы и потом уже ищется ребенок. У нас было всё иначе – сначала мы решили усыновить именно Аюра и только потом начали оформлять документы и посещать школу приемных родителей. Это было долго – два с половиной месяца, мы очень волновались, что нас кто-то опередит. Ведь мы видели, какой резонанс в соцсетях вызвала история Аюрчика».

Наталью очень поддержал старший сын, начинающий мультипликатор. Об усыновлении Аюра он узнал раньше, чем родители Натальи. Отреагировал однозначно: «Это круто! Это поступок!». С пятнадцатилетней дочерью пришлось вести переговоры, но девочка очень быстро полюбила Аюра и счастлива, что у нее появился такой замечательный братишка.

Наталья продолжает рассказ: «Первый месяц было очень тяжело и даже страшновато, ведь самочувствие Аюра очень сильно зависит от препаратов, а давать их надо было каждые полчаса-час, и так до полпервого ночи. Сейчас график приема лекарств более мягкий. Да и мы привыкли. К тому же обзавелись специальными приспособлениями – гильотинка точно ломает таблетки, специальная дробилка их перемалывает, а раньше мы таблетки давили ложкой. Многие препараты уже отменили, на контрольное обследование теперь надо ездить раз в два месяца, а не каждый месяц.

Один раз Аюр нас напугал, когда вдруг у него поднялась температура. Мы так и не поняли, что это было. Возможно, у него прорезывались зубы, сейчас у него двенадцать зубов уже. Мы звонили в Институт, вызвали скорую, врачи переговаривались по телефону между собой. Потом нас срочно вызвали на внеплановый контроль. Мы тогда сильно перепугались. Но хорошо, что это было только один раз.

Аюр растет примерно как мои старшие дети. Единственное, мы с ним не можем находиться в местах большого скопления народа, в тот же зоопарк не можем сходить. Но, с другой стороны, мы можем одеть Аюру маску, и это обеспечит ему безопасность».

В разговор вступает папа Андрей: «Если не считать таблетки и немного сниженный иммунитет, то Аюр – обычный ребенок. Он растет, развивается, играет, хулиганит, начал говорить – нас называет «папа» и «мама», отличает цвета. Если его попросить принести синий шарик, то он выберет именно синий среди других разных цветов. Он хорошо ползает, ходит, держась за руку.

Главное качество Аюра – он страшно упрямый! Упрямее меня (смеется). Сильный, целеустремленный. Если он что-то решил, невозможно его остановить!»

«Но в то же время Аюр очень мягкий, добрый, чувствительный, отзывчивый, – продолжает мама Наталья, – он очень хороший человек! Но я не была готова, что он будет плакать по ночам, от этого я очень устаю. К нему встает Андрей, он ночная няня – укачивает его, дает попить».

Несколько раз в неделю с Аюром занимается приходящая няня. Это вынужденная мера, так как Андрея в сентябре уволили с работы, когда, занимаясь сыном, он не смог в точное время выйти в скайп, сдать работу точно в срок.

Еще Андрей заметил: «Когда мы взяли Аюра, первое время он был очень послушный, внимательный к словам, а где-то через неделю понял, что можно расслабиться – иногда протестует, когда нужно принимать таблетки, то есть ведет себя как нормальный ребенок. За три месяца Аюр заметно усложнил свои игры – осознанно смотрится в зеркало, пытается играть на детском пианино и других музыкальных инструментах».

Аюр с удовольствием слушает музыку, а бурятскую музыку любит особенно.

Родители Аюра стараются воспитывать сына, поддерживая интерес к его национальной культуре – уже сейчас читают ему бурятские сказки. Мечтают, когда он немного подрастет и окрепнет, свозить его на родину в Улан-Удэ.

Наталья по-прежнему уверена, что Аюр знает какой-то особый секрет: «Я понимаю, что он очень много пережил. Мне кажется, что он взрослый, просто в детском теле. Когда с ним общаешься, удивляешься, какая в нем глубина. Иногда он так посмотрит, особенно, когда я сержусь, и мне становится стыдно, что я хоть и взрослая, а такая несдержанная. У него в эти моменты такой мудрый взгляд, что становится неловко перед ним. Хотя, конечно, он еще такой малыш!»

Сергей Готье удивлен, как вырос Аюр

Еще до трансплантации Аюра крестили в храме Серафима Саровского при НИИ трансплантологии. Имя Аюра в крещении Георгий.