Превращение в “бывших”. Что происходит с бурятской, так называемой, элитой

Вопреки распространяющемуся в Бурятии мнению, отчасти правдивому, о “неграмотных” кадровых решениях главы Бурятии и неквалифицированном проведении конкурса по отбору министров, мы наблюдаем сравнительно живую и динамично меняющуюся внутреннюю политику региона. Сейчас в Бурятии уже не существует правящей касты в лице западных бурят, исчезает “носковский”, образовавшийся из “записной книжки” его комсомольских друзей (экс-зампреда правительства Петра Носкова прим. АРД), формат выстраивания кадровой политики. Однако все эти властные группы не исчезнут мгновенно, нам еще предстоит наблюдать некоторые их проявления. 

Тем не менее, в Бурятии народная молва правителей особо не жалует, но и сменяемость власти здесь не частая. Поэтому не приходится удивляться, что когда назначаются на государственные должности представители тех или иных властных групп, народ это воспринимает как усиление или, наоборот, ослабление бурятских кланов.

Причины недоверия к власти

Описывая свою деятельность, бурятские политики “искренне” напоминают нам об испытываемой ими непременной необходимости служить народу. Как правило, они ярые “противники” всего “враждебного и деструктивного”. Например, оказывается, по мнению некоторых политиков, что кто-то разделяет бурятский народ на две части. Или, например, нерадивый чиновник, естественно принадлежащий к другой политической группе, словно  вражеский диверсант, уничтожает республику, город, народ и т.д.

Однако простой анализ владельцев “заводов, пароходов и газет” в республике даст больше информации, чем любой социологический опрос. Он выявит сетку реального состояния общества, градус конфликтов и возможную практику использования острых моментов некоторыми политическими игроками. Примеры: БГУ, Тунка, митинг против прокурора, Баргузин, Еравна...

В свою очередь, данная “сетка” даст Бурятии очень важный инструмент - “общественный алфавит”. Он будет совсем негодный для формулирования чего-либо существенного, но станет реальным словарем, говорящим о процессах, протекающих в республике. И очевидным здесь окажется процесс “гниения с головы”.

В русской классической литературе описано немало  ситуаций, когда люди живут в искусственных, но бюджетируемых сословиях. Они получают различные блага только из-за принадлежности к какой-либо группе или сословию. Со временем они начинают считать себя элитой. В такой системе изменения скрытны и не признаны - они скапливаются внутри, словно гной. Вскроешь - будет вонь, оставишь - гниение усилится...

Приехав в республику, Алексей Цыденов столкнулся с аналогичной искусственной средой, которая назвала себя элитой. Но у наших “искусственных” не оказалось внятного ответа ни на один из скопившихся вопросов. Нет ответа в культуре, нет ответа в политике и даже нет ясности в общении.

Таким образом, главе Бурятии при расстановке кадров очень тяжело разобраться в этом политическом однообразии. Слишком сложная внутренняя навигация, выстроенная за столетие и базирующаяся на полунамеках, полумерах и т.д., уже привела Бурятию к ряду системных кризисных явлений.

Всё это “гниение” естественным образом переливается из этого сословия в широкие народные массы. В итоге люди превращаются в партизан запутанной бурятской реальности. А от партизан, как известно, можно ожидать всякого. Поэтому одни и те же “партизаны” становятся инструментом тех или иных политических групп.

Борьба не прекращается

Подобную реакцию вызвала крупная коммунальная авария в Улан-Удэ, из-за которой пострадали около 100 тыс. людей. Было заметно, что один из кланов Бурятии набросился на мэра Голкова - включились в процесс все соответствующие механизмы. И шансов выдержать натиск у градоначальника, казалось, не было. Но Цыденову, вероятно, удалось предотвратить политизацию произошедшей аварии.

Тем более, Александр Голков - удобная мишень для критики именно из-за нуждающейся в ремонте коммунальной инфраструктуры Улан-Удэ. А истоками этой самой «неотремонтированности»  на самом деле является как раз постсоветская политика управления городом. Основной деятельностью властей была тогда приватизация или вывод в частные руки государственного имущества, отведение земель под коммерческую и жилую застройку и другие более приятные дела. Поэтому винить теперь в случившемся только действующего мэра кажется не очень корректным.

В “сельской политике” Бурятии происходят такие же крупные сдвиги. Очевидно, что в данный момент мы стали свидетелями  заката достаточно влиятельной группы спикера парламента Цырена Доржиева. Сам он явно нервничает и, возможно, даже устроил небольшую войну против главы Еравны Цыденжапа Шагдарова. Одновременно с этим, в постоянном режиме цуцванга находится зампред по сельскому хозяйству Даба Чирипов, который тоже относится к группе Доржиева. Сам Чирипов не популярен в селе, не является производственником и сильным аппаратным игроком. И, вполне возможно, в должности зампреда он долго не продержится. 

Таким образом, в бурятской политике очень много неясностей. Повсюду идет расстыковка раньше тесно связанных платформ. Происходит разбалансировка прежних политических и социальных порядков. В Бурятии всё явственней ощущается катастрофа правящего прежде класса. Вне зависимости от группировок. Все они одновременно на наших глазах превращаются в “бывших”. 

Западно-бурятский формат изжил себя и абсолютно дискредитирован. «Носковская модель» оказалась даже не политической конструкцией, а естественным продолжением старой потаповской модели, которая без самого автора разложилась и перестала работать. А созданные Леонидом Потаповым институты (ВАРК, землячества и т.д.) вместе с автором превратились в дремучего “пенсионера”.

Таким образом, сегодняшняя политическая ситуация в Бурятии напоминает времена фундаментальной смены элит. В истории республики такая мощная смена  происходила всего один раз - в период образования Бурят-Монгольской АССР. Именно с 1923 - 1936 г.г. в Бурятии была спроектирована и сформулирована “сословная” модель общества, которая разрушилась только в наши дни.

Все эти факторы стали надежным индикатором того, что бурятскую политическую модель в ближайшем будущем ожидает фундаментальное переформатирование. Это как раз и оказывается поводом для столь неординарного в Бурятии формирования Алексеем Цыденовым своего правительства. Очевидно, что не все люди, которые приходят во власть, останутся там надолго. И в скором времени нужно ожидать, что Цыденов продемонстрирует массу гибких или, наоборот, твердых решений.