Золотая Орда: иго или передовая цивилизация?

Сначала информационный повод: в Казани состоялся международный форум, приуроченный к 750-летию возникновения Золотой Орды. Это самое крупное мероприятие среди многих других, посвященных юбилейной дате, которую в республике отмечают весь год. Бейджики для участников и гостей форума были оформлены в виде ханской верительной грамоты — пайцзы.

Звучит убедительно, хотя и спорно (особенно по части ордынского влияния на ношение штанов). Как же спустя 750 лет подвести баланс «плюсов и минусов»? Попробуем разобраться.

Геополитическая катастрофа XIII века

— Юбилей Золотой Орды, как и все подобные даты, явление условное. Что-то вроде тысячелетия Руси,— считает историк Денис Хрусталев, автор исследований по древней монгольской и русской истории.— Начнем с того, что само понятие «Золотая Орда» появилось сто лет спустя после ее исчезновения. Современники называли это государственное образование Улус Джучи, то есть надел старшего сына Чингисхана. В русской истории, кстати, тоже было нечто подобное, например наделы Ярославичей.

Денис Хрусталев пожимает плечами: в сознании современников Монгольская империя существовала еще очень долго, как часто бывает в случае распада крупного политического формирования. Так, напоминает он, было в случае с СССР или, допустим, со Священной Римской империей, которую формально упразднил Наполеон только в 1806 году. И действительно, вряд ли покоренным народам были важны нюансы: кому они теперь подчиняются — Монгольской империи или Золотой Орде?

Глобальная империя

Что представляла собой Золотая Орда? Историки отмечают: она была многоукладным государством, и эти уклады сильно различались. С одной стороны, значительная часть ее населения занималась архаичным кочевым скотоводством. С другой — на территории Золотой Орды были проложены торговые пути, возникали города. А на территориях, где ранее не знали государственного устройства, Орда установила государственную власть.

Денис Хрусталев отмечает: она была несокрушима в военном, а потому и в экономическом смысле, и покорность ей считалась чем-то естественным. Хотя, разумеется, трудно применять современные подходы к тем далеким временам.

— Возьмем, к примеру, татаро-монгольское иго. Византийцы тоже платили дань дикарям у своих границ, а те, полагаю, думали, что они покорили римлян,— иронизирует Хрусталев. И предлагает задаться вопросом, что это было на самом деле. Прагматичным соглашательством? Игрой на самомнении варваров? Раболепной данью сломленных и покоренных?

Общая история

О том, насколько Золотая Орда повлияла на Древнюю Русь и русскую историю, спорят до сих пор. Говорят, к примеру, что политическая система московской Руси была заимствована у ордынцев, но серьезных аргументов, по мнению экспертов, в пользу этой версии нет. А вот транспортная система с почтовыми станциями — действительно ордынское «наследство». Можно ли назвать это серьезным влиянием?

— В нашей общей истории было все: и грабеж, и торговля, и союзы, и войны, и браки, и любовь, и ссоры, и взаимопонимание, и ненависть,— подытоживает Денис Хрусталев.— Если говорить, например, про эпоху Менгу-Тимура, то в русской летописи о нем сохранились благожелательные отзывы. Хану были нужны русские воины, а русские князья пугали западных соседей ордынской угрозой. Торговые связи при нем также крепли. А потом были и нашествия, и грабежи. Надо понимать, что гуманитарные ценности и международное право — понятия новейшего времени. В те времена зависимость была нормой. Никакой самостийности не существовало. И дань была в значительной степени символом.

Хрусталев напоминает: официальная генеалогия русских царей в XVI веке возводила их происхождение как к римским цезарям, так и к Чингисхану. Разве это не доказательство, что по своему масштабу ордынское влияние сравнимо с византийским?

И, наконец, неожиданный аргумент. Спустя столетия Россия фактически полностью включила в свой состав бывшие владения Золотой Орды.

— Потомки обитателей Улуса Джучи сейчас граждане Российской Федерации,— говорит историк.— Чем не преемственность? В том числе и генетическая.

До и после ига

Золотая Орда более двухсот лет была политической доминантой, с которой считался весь Евразийский континент. Как Орде удалось покорить такую огромную территорию? Здесь множество причин. Ну, например, у нее была крупнейшая армия в мире. В Древней Руси вооруженные силы формировались просто — это была княжеская дружина, несколько сотен конных профессиональных воинов. А в Золотой Орде воинами были все без исключения. По сути, монгольская кочевая цивилизация могла в один вечер сняться с места и мигрировать на новые территории на расстояния иногда в тысячи километров.

Когда-то Чингисхан завещал Джучи земли от Урала и дальше на запад — до края света. Для монголов это была вполне выполнимая задача. Почему Батый повернул назад? Думаю, сработала психология кочевников, они «приросли» к великой степи, в Центральной Европе им не понравилось.

Как писали в летописи, «многих людей, и жены, и дети мечи исекоша… вси равно умроша и едину чашу смертную пиша». Армянский историк Киракос Гандзакеци отмечал: если в будущем кто-то будет описывать ужасы этой войны, со всем доступным талантом, пусть знает: действительность была ужаснее. Однозначно на это указывает и археология — Киева, старой Рязани. Долгосрочные последствия также не стоит недооценивать. Миллионы погибших и угнанных в рабство. В Древней Руси практически остановилось каменное строительство, пресеклись ремесла. Например, были забыты шиферные пряслица, которые использовались повсеместно во всей домонгольской Руси; исчез богатый головной женский убор, по височным кольцам которого археологи уверенно выделяют этнографические и племенные особенности восточных славян.

Однако самое основное — Орда принципиально изменила ход российской истории, в конечном счете проложила путь к будущей империи, хотя на тот момент, когда пришли завоеватели, политические и экономические предпосылки для этого отсутствовали.

И напоследок еще одно соображение. При том что история Золотой Орды — далекое прошлое, она до сих пор вызывает споры. И задача просвещенного класса, независимо от этнической принадлежности, работать на взаимопонимание народов, а не на их разобщение.