Д.Одхуу: "Строительство ГЭС на Селенге не может навредить Байкалу!"

Наши читатели знакомы только с российскими версиями о том, что произойдет с Байкалом при строительстве ГЭС на монгольских реках, впадающих в Селенгу. Сегодня мы для полноты картины дадим мнение монгольской стороны. Наш собеседник - советник проектной группы по строительству ГЭС «Эгийн гол» господин Дурзэгийн  Одхуу. До недавнего времени он руководил этим жизненно важным для Монголии проектом.

- Господин Одхуу, недавние совещания межправительственной комиссии Монголия - Россия прошли в закрытом от прессы режиме. Министр природных ресурсов России Сергей Донской на итоговой пресс-конференции ограничился общими словами. Из того, что вам удалось узнать по итогам, вы сможете оценить результаты встречи?

- Конечно, мне хотелось поучаствовать в ходе обсуждения протокола. Но получилось то, что получилось. В основном я работал с нашими специалистами из министерства окружающей среды и туризма. У нас были свои соображения по итоговому протоколу. Монгольская сторона хотела ясности в некоторых вопросах. В том числе по трансграничным водам и гидроэнергетике.

Я, как советник проекта, высказал свои соображения нашим официальным лицам, и они серьезно обсуждали это с российской стороной. То, что написано в протоколе, как согласован пункт с российской стороной, меня удовлетворяет. Рад, что Монголия и Россия будут совместно активно работать в сфере возобновляемой энергии на территории нашей стороны. А что касается водного хозяйства, то в некоторых пунктах хотелось бы видеть другую формулировку и другие выражения. Но ничего страшного, будущее покажет.

Есть  несколько позиций, которые Россия не меняет. Но надеюсь, что в будущем изменит.

Мое сугубо личное мнение: это все от того, что информативность у нас на разных уровнях, отсюда выводы разные. Особенно по трансграничным рекам и гидроэнергетике.

По соглашениям 1995 года между правительством Монголии и правительством России по охране и использованию трансграничных вод хотелось бы иметь одинаковую интерпретацию или сближение позиций. Российская сторона читает соглашение совсем по-другому, нежели монгольская. И эта проблема затормаживает нашу совместную работу. Необходимо ускорить процесс согласования в ближайшем будущем, желательно не позднее, чем в первой половине 2017 года.

- Вы сказали, что позиции сторон по трансграничной воде разные. На ваш взгляд,какой фактор является затормаживающим в наших отношениях? 

- Не хочу обвинять нашего соседа и друга. Но реальность такова, что исследования по монгольским ГЭС проводил еще Советский Союз в 60-х годах. И в конце 70-х годов именно СССР рекомендовал построить нашему правительству первые ГЭС в Монголии. С тех пор в природе ничего не изменилось, кроме того, что Россия стала правопреемницей Советского Союза. И вдруг в 90-х годах начали говорить о том, что строить ГЭС в Монголии нельзя, мол, плохо для природы.

Суть такой смены позиции каждый понимает по-своему. Кто-то считает, что есть незаинтересованность в независимости и развитии энергетического сектора Монголии. Кто-то находит другие причины. Но что правда, то правда:  Монголия в течение 25 лет не может начать строительство ГЭС на своей территории. Сейчас многие ученые, в том числе российские, говорят о том, что строительство монгольских ГЭС необходимо. А что это навредит Селенге и от нее Байкалу - полная чушь! Надо встречаться и обсуждать наши общие интересы. 

Для Монголии это не просто гидроэнергетический проект. Монголия -  одна из стран, где страшнейшими темпами идет опустынивание земель.

Мы одни из лидеров по опустыниванию. Через 20 - 30 лет мы можем остаться совсем без воды. Поэтому  резервуар чистой воды нам необходим как воздух. Это серьезный аргумент в пользу Монголии. Второй аргумент, как это ни парадоксально звучит: именно строительство ГЭС на монгольских реках спасет Байкал и Селенгу! Для их поддержания нужны регулирующие водные резервуары вверху.  

- Кто именно из российских ученых поддерживает строительство ГЭС в Монголии? 

- Не буду их называть поименно, их высказывания мы читаем в СМИ. Могу лишь комментировать суть высказываний таких ученых. Строительство ГЭС в верхнем течении поможет регулировке воды. Для защиты Селенги, ее дельты, и озера Байкал необходимы не только ГЭС на Эгийн-Гол, а каскад гидроэлектростанций на Селенге. Они помогут защищать от паводков, грязи и будут регулировать воду в период наводнений.

Например, Улан-Удэ, который может пострадать от разлива Селенги. А в засушливый период резервуары  могут опускать воду, тем самым поддерживать уровень воды Байкала. А что касается влияния или уменьшения воды в течение 2 - 3 лет наполнения резервуара Эгийнгольской ГЭС, то оно будет измеряться в сотых долях процента.

Во всем мире меньше одного процента влияния называют минимальным.

Эти влияния будут почти незаметны. И все. А дальше  во время работы ГЭС годовые притоки не изменятся, будет лишь небольшая разница по месяцам. Когда некоторые коллеги говорят об испарении с водной глади, становится смешно.

- Есть ли в самой Монголии противники строительства ГЭС? 

- Почти нет. Те немногие, кто высказывается против, получают зарплату от таких организаций, как «Реки без границ» и др. Против только те, кто получает деньги от заинтересованных лиц. Я пригласил многие неправительственные организации, работающие по охране воды, и подробно рассказал о проекте «Эгийн-гол». В конце встречи наши общественники дружно сказали, что нам нечего опасаться и  опротестовывать. Они поняли суть дела. Я сам удивляюсь некоторым противникам проекта «Эгийн-гол». Им дали всю информацию, представили официальные отчеты. Правительство Монголии оплатило гидрологические расчеты французской компании «Трактебел», которая участвовала в проектировке более чем 600 ГЭС в разных странах

Кстати, эта же компания участвовала в России в строительстве Богучанской ГЭС. Эта опытная международная компания (третья в мире по рейтингу) рассчитала, что влияние Эгийнгольской  ГЭС на Байкал составит 0,023%. Это, повторюсь, всемирно известная компания, которая дорожит своей репутацией. Почему противники ГЭС не хотят видеть цифры? Ладно, если бы я им дал эти цифры и они бы мне не поверили. Я бы понял.

Кстати, данные французская компания собирала не только в Монголии. Точнее, компания проводила исследования и расчеты на данных 10 водных караулов вдоль Селенги. Из них только три на монгольской стороне, а семь - на российской. Некоторые данные аж с 1932 года. Но все равно они не хотят принять эти результаты и проводят свои исследования. Недавно видел презентацию российской стороны, посмотрели их выводы. Расчеты сделаны на Наушках и Мостовой.

Возникает вопрос: почему расчет влияния Эгийнгольской ГЭС на Селенге сделан на Наушках и Мостовой, а не на Хялганат, на том, что ближе и точнее?

Наушки - это не только Эгийн-гол, но и река Орхон. А расчеты на Мостовой? Это же суммарное влияние всех притоков Селенги. А ведь река Эгийн-гол составляет только 5% от Селенги. Нельзя же осуществлять исследование влияния притока на Мостовую, которая отдалена на 600 км от реки Эгийн-гол! Французская же компания сделала нормальные расчеты, начиная с первого караула при впадении Эгийн-гол в Селенгу. Это станция Хялганат. Вот там самые достоверные расчеты.

Бытует мнение, что в Монголии нет специалистов по ГЭС. Но я им отвечаю: Монголия сейчас не та страна, что была 20 - 30 лет назад. Появились молодые гидроинженеры и гидротехники, которые обучались в лучших университетах мира, в том числе в России, защитили там диссертации по гидротехническим расчетам. Так что у нас есть свои кадры, которые могут проверить любые расчеты. И мы как страна в состоянии построить гидроэлектростанции с помощью мировых компаний.

Нас недооценивать не надо. Что касается денег на строительство, то мы их найдем. Потому что стратегический интерес Монголии таков, что нам нужны ГЭС.

В итоге скажу, что нам нужен добросовестный подход с двух сторон. Я уважаю российских и бурятских коллег и призываю их к взаимовыгодному сотрудничеству и обмену информацией. Надо работать вместе. Мы сами не хотим наносить ущерб Байкалу и Селенге. Озеро Байкал - святое для всех монгольских народов. 

- Каковы дальнейшие шаги по вашему проекту. Будут ли общественные слушания и пригласят ли на них участников из Бурятии, ведь Селенга это и наша общая река?

- Вы имеете ввиду слушании по Шурэнской ГЭС? Я слышал, что  россияне попросили провести слушания не только в Бурятии, но и в Иркутской области. В Монголии слушания пройдут в спокойной обстановке. Потому что у нас публика подготовленная, мы последние 2-3 года хорошо просвещали людей о том, что такое гидросооружения, как влияют на воду или рыбу. Оказалось, что многие не знали даже элементарного о гидроэлектростанциях или имели неправильное представление.

Например, были смешные вопросы о том, работает ли ГЭС зимой. Приходилось объяснять, что вода замерзает только на поверхности в полтора-два метра при глубине водоема, например, в 90 метров. Ниже на глубине она продолжает течь и работать всю зиму. Это и есть рабочая вода на глубине. Потом, мы рассказывали о том как безопасно работают современные ГЭС.

Весь мир научился строить ГЭС без ущерба природе. ГЭС с помощью турбин регулирует воду во время засухи, отпускает воду, чтобы не обмелели реки,  или во время наводнений придерживая воду не дают затопить города, селы, прибрежные части рек и дельту. Такую базисную информацию надо давать людям. И мы эту информацию даем жителям Монголии.

Мы обязательно пригласим бурятских общественников и экологов на слушания. У нас в стране полная политическая свобода мысли и слова.

- Можно ли себе представить, что Монголия откажется от строительства ГЭС  и займется солнечной и ветряной энергетикой для выработки своей электроэнергии? 

- Образно говоря, это выглядит так. На мою просьбу дать воды для питья, вы скажете, у вас много хлеба и мяса. зачем вам еще вода? Да, у нас много солнца и ветра. Но они не заменят ГЭС. И потом, ГЭС для нас - это не только единственный источник электроэнергии, но и чистая вода. Это водный резервуар, который поможет регулировать  реки в периоды наводнений и засухи. И, наконец, за нескольких минут можно увеличить или уменьшить подачу электроэнергии. Это самая быстрая и экономичная регулировка. Сейчас центральная энергетическая система Монголии теряет миллиарды тугриков  на том, что не может регулировать таким  образом подачу электричества. 

- Вы член демократической партии, которая уступила власть Народной партии. Новое правительство как-то изменило отношение к проекту Эгийн-гол? 

- Не хочется говорить о политике. Но раз уж спросили, коротко отвечу.

Правительство Монголии не изменило позицию по строительству ГЭС. Это государственный стратегический проект, он необходим стране.

Мы этим проектом не собираемся полностью перекрыть импорт, наверняка продолжится покупка российской электроэнергии. Мы хотим улучшить энергетическую систему Монголии. 

- Это ваше первое интервью читателям Бурятии, что бы вы им пожелали? 

- Желаю грамотности и знаний, чтобы не принимали слепо на веру слова заинтересованных людей. Получайте информацию о ГЭС, как в разных странах использует возобновляемые источники энергии. Сейчас информационный век, ищите в интернете разные версии, теории, сравнивайте. Конечно, желаю всем россиянам, братьям-бурятам здоровья и успехов в труде. Мы за то, чтобы грамотно использовать водные энергетические ресурсы и помочь сохранить Селенгу и Байкал.