Фильму «Потомок Чингисхана» исполняется 85 лет

Основой сценария фильма послужила повесть нашего земляка, журналиста «Бурят-Монгольской правды», красного партизана Ивана Новокшонова. Имя этого писателя, окончившего свои дни в ГУЛАГе, незаслуженно забывается в тени великого фильма. И сам режиссер Пудовкин, переживавший творческий кризис, вначале не оценил повесть о событиях в глубине Азии, сообщает newbur. Однако приезд в Бурятию, знакомство с ее природой – суровой тайгой и безбрежными степями, людьми, обычаями дал ему новый, мощный импульс.

Фильм снят на одном легком дыхании, в едином темпе и ритме. А монтаж является образцом драматического искусства. Встреча двух исключительных личностей – режиссера Всеволода Пудовкина и актера Валерия Инкижинова создали тот творческий сплав, который обеспечил успех фильму. Пудовкина удивило то, с каким энтузиазмом в съемках фильма участвовали местные жители семейских деревень, бурятских улусов. Прошло уже 10 лет после гражданской войны. Но по призыву председателя колхоза в Тарбагатайском районе бывшие партизаны приехали на конях, в полном вооружении, в лохматых папахах с кремневыми ружьями, опоясанные пулеметными лентами, с саблями, палашами, готовые хоть сейчас ринуться в бой. В финале картины по Боргойской степи катилась лавина в 3 тыс. всадников.

Многие считали, что эпизод фильма – танец Цам в буддийском монастыре – всего лишь дань этнике. Но этот мистический танец задает напряжение и величие всему фильму, являясь вторым скрытым планом, действуя на подсознание зрителя своей грозной симфонией труб, литавров и барабанов. Сама ритмика фильма – как удары барабана в танце Цам. К тому же сегодня для религиоведов и искусствоведов это исключительная историко-географическая ценность. «Монголия, уклад ее жизни, дацаны-монастыри, ламы и т.д. будут показаны не в плане декоративной этнографической предметности, а через призму ощущения человека, его эмоционального переживания», – писал Пудовкин.

Баир – потомок Чингисхана – центральная фигура фильма. Лаконизм и простота, а затем бешеный взрыв в моменты напряжения – такова была основная задача, которую решали режиссер и актер. Отсюда и весь рисунок картины, построенный на сцеплении, столкновении и контрасте. «Главную роль партизана играет Инкижинов, сам чистокровный монгол, обладающий блестящими физическими данными в плане биомеханики», – отмечал Пудовкин.

Ко времени съемок фильма Валерий Инкижинов, уроженец с.Бохан Иркутской области, был уже известным и востребованным актером. Он учился у крупнейших мастеров того времени – В.Э. Мейерхольда, И.А. Пырьева. Был соратником Мейерхольда в разработке нового направления – биомеханики, системы пластического обучения актеров.

«Надо играть так, чтобы быть монголом с большой буквы и меньше всего казаться актером. И вместе с тем надо сделать искренние, трогательные сцены, где можно идти только от себя, показывая свои личные свойства», – писал сам Инкижинов перед съемками фильма. О глубине его таланта как актера и режиссера, сумевшего подняться до вершин мирового кинематографа, свидетельствует его небольшая статья «Проблемы бурят-монгольского театра». Тезисы этой статьи еще требуют своего вдумчивого прочтения и раскрытия. В частности, он призывал обратиться к богатейшему и выразительному пласту народного творчества – напевам и исполнению улигеров, шаманским песнопениям, буддийскому искусству, народному юмору и речи…

Да и сама биография выдающегося сына бурятского народа, чья дорога пролегла от степей Бурятии через Москву, Санкт-Петербург, Киев, Берлин, Сан-Франциско до Парижа, сотрудничество с великими режиссерами кино В. Пудовкиным, Ф. Лангом, Г.-В. Пабстом, Кристианом Жаком и с такими звездами кино, как Бриджит Бардо, Жан Поль Бельмондо, Жан Габен и др., – предмет более обширного исследования.

Фильм «Потомок Чингисхана» оказал огромное влияние на мировой кинематограф. Особенно видны творческие параллели с этим фильмом у японского режиссера Акира Куросавы. В его картинах та же внутренняя динамичная напряженность, физически ощущаемая пластическая игра актеров, к примеру, у актера Тосиро Мифунэ, природа как полноправное действующее «лицо» в фильме.

В дни показа фильма «Потомок Чингисхана» («Буря над Азией») в Берлине английский корреспондент Кеннет Мак-Милан писал: «Потомок Чингисхана» – вещь поразительная и удивительная… представляет собой шедевр и лишь затем – творение Пудовкина. Фильм служит ключом для понимания творческого процесса Пудовкина. Я могу с уверенностью сказать, что ничего равного по значению никогда еще не было создано…».