Татьяна Бакальчук: я рискнула, и все получилось. Часть I

— У войны не женское лицо, а у бизнеса, Татьяна?

— Не могу отвечать за весь мир, но в России, на мой взгляд, тема дискриминации по половому признаку не стоит остро. Наверное, это пошло с советских времен, когда женщине не запрещали строить карьеру и заниматься любимым делом. Сколько представительниц так называемого слабого пола стали директорами школ, совхозов, заводов и фабрик…

— Не соглашусь. Женщина могла расти до определенного уровня, но первыми руководителями все равно оставались мужчины. Да и бизнеса, справедливости ради, в советское время не было.

— Возможно, вы правы… В 2018 году меня пригласили на прием к французскому послу. Тогда этот пост занимала Сильви Берманн. Она собрала известных российских женщин — общественных деятелей, политиков, предпринимателей, журналистов. Обсуждалась проблема гендерного неравенства в обществе и, в частности, в бизнесе. Помню, сильно удивилась: в Wildberries главное — справляешься ли с обязанностями, проявляешь ли инициативу. Если да, не будет никаких преград для профессионального роста. И неважно, юноша ты или девушка.

Что же касается предпринимательской сферы в России, в последние годы вижу много женщин, которые с успехом продвигаются по карьерной лестнице и становятся у руля компаний.

— Но в определении "бизнесвумен" русское ухо по-прежнему улавливает оттенок экзотики.

— Слово ведь иностранное. В нашем языке много заимствований, не имеющих женского рода. Скажем, автор, режиссер, композитор. Анна Ахматова кто — поэт или поэтесса?

Так и с бизнесом.

— Вот и Forbes выпускает отдельный журнал о дамах… Кстати, обращали внимание на товарок, соседствующих с вами в топе списка самых богатых женщин России? Елена Батурина, Татьяна Ковальчук, Лилия Ротенберг, Елена Рыболовлева…

— Ни с кем из перечисленных вами лично не знакома. Недавно встречалась с Ольгой Белявцевой, которая создавала линейку детского питания под маркой "ФрутоНяня". Если не ошибаюсь, она тоже входит в женскую десятку Forbes. Мы обсуждали возможное сотрудничество.

— Я к тому, что талантливыми предпринимательницами у нас зачастую оказываются жены уже состоявшихся в бизнесе мужей либо вторые половины губернаторов, мэров и министров. В этом смысле ваша история нетипична.

— Пожалуй... Во всем мире топ списка Forbes — мерило успеха в сфере бизнеса, но в России многие не очень позитивно относятся к этому рейтингу. Некоторое время назад мне даже предлагали поучаствовать в дискуссии, не стоит ли, как сейчас модно, обнулить список, составить новый из настоящих self made, чтобы можно было ими гордиться.

Не знаю, реально ли такое в принципе, поверят ли люди. Пока этого точно нет. Замечаю и на себе, на том, какая реакция сейчас и что было в прошлом году, когда Wildberries назвали компанией-"единорогом".

Хотя в нашем случае название не совсем верное.

— Почему?

— Термин unicorns (от англ. "единороги" — прим. ТАСС) применяют к стартапам, которые смогли за короткое время при помощи венчурных инвесторов поднять миллиард долларов, довести капитализацию до этой суммы.

Но мы ничего не поднимали, мы заработали. Wildberries — не про продажу акций.

Впрочем, я сейчас немножко о другом. 

— Я всегда общалась с теми, кого хорошо знаю. За последнее время круг контактов, конечно, заметно расширился, но мне везет на хороших людей и интересных собеседников.

Неожиданной была реакция девушек-предпринимателей: многие говорили и мне лично, и писали где-то на просторах интернета, что от души мной гордятся. Это и необычно, и очень-очень приятно.

— Корейский язык знаете, Татьяна? Или, может, в детстве вам читали корейские сказки? Есть там героиня, похожая на Золушку, которая превратилась в принцессу?

— Языком, к сожалению, не владею, и такого персонажа, мне кажется, в корейском эпосе нет. Во всяком случае, не припоминаю. Откровенно говоря, и мои родители не очень хорошо знают язык предков, они всегда жили в России и родились здесь.

— А как оказались в Подмосковье?

— Мама окончила Грозненский педагогический институт, получила профессию преподавателя начальных классов. Папа отучился в Казахстане и поехал в Ленинград, поступил в институт связи…

Честно сказать, не люблю рассказывать о себе и семье, мне кажется, фокус должен быть на компании, а не на фигуре ее руководителя.

— Но вы же хотите ответить скептикам, которые не верят, что можно создать крупный бизнес с нуля. Я вот тоже, признаться, не понимаю, как подобное возможно: жила-была скромная репетитор, родила ребенка, решила подработать в декретном отпуске, а потом — ба-бах! — и бизнес на миллиард. Не рублей.

— Во-первых, не ба-бах. Прошло 15 лет…

— Давайте тогда по порядку. Итак, в 1992 году девушка окончила с серебряной медалью подмосковную школу и поступила в областной, а не столичный институт. Вы же учились в Коломне?

— Сначала хотела идти на журфак в МГУ, занималась на дистанционных курсах, но в 1991-м Советский Союз развалился, и мама не пустила меня в Москву — побоялась.

Времена действительно были непростые.

— Вы единственный ребенок в семье?

— Нас трое, я — старшая. Коломну выбрала из-за близости к дому. Мама советовала идти на филфак, мол, после него можно работать журналистом. Но я остановилась на факультете иностранных языков, хотя у нас в школе с английским всегда была проблема. В девятом классе пришла хороший педагог, приезжала к нам издалека раз в неделю, я очень благодарна ей за знания и за то, что посоветовала поступать на иняз и не бояться провала на экзаменах, поскольку любой опыт всегда ценен.

В первом семестре было очень трудно, сильно переживала, что завалю сессию, но родители приучили меня никогда не сдаваться, в итоге я справилась и показала вполне приличный результат.

После института год отработала преподавателем, потом переехала в Москву. Решила получить второе образование, освоить какую-нибудь прикладную профессию. Но в августе 1998-го приключился дефолт, рубль рухнул, пришлось корректировать планы.

Пару лет я, правда, училась на дизайнера, пока не поняла, что это не мое. Бросила. Может, с институтом не повезло…
 

А в начале нулевых я вдруг заметалась. Хотя, конечно, не вдруг. Я воспитывалась в Советском Союзе, искренне верила, что наступит коммунизм. Но оказалось, что ничего нет и не будет, дальше живи сама, как можешь. Многие мои ровесники сломались, не у всех сложилась жизнь. Думаю, отчасти и из-за того, что период нашего становления пришелся на распад одной страны и тяжелое рождение другой. Мы не знали, к чему стремиться, никто не в силах был нам помочь. Родители тоже угодили в хаос, все рухнуло мгновенно, прежняя система ценностей перестала существовать.

Я попыталась найти цель, понять, зачем жить. На время как бы взяла паузу, решила остановиться, не хотела и дальше делать то, чего ждали от меня другие. На время даже прекратила контакты с семьей, потом уволилась с работы, стала зарабатывать на хлеб репетиторством и параллельно искала смысл жизни.

Увлеклась самопознанием и астрологией. Много читала, начала сотрудничать в качестве переводчика с небольшим молодым издательством. Полюбила книги Ричарда Баха, особенно "Чайку по имени Джонатан Ливингстон".

— Долго это длилось?

— Пока окончательно не осознала, что судьба в моих руках, и не сформировала жизненные ценности. Начала общаться с Владиславом, и через полтора месяца мы поженились. Можно сказать, во мне произошел очередной переворот, я вернулась к обычной жизни.

— Получается, вы с мужем единомышленники?

— У Владислава тоже был период поиска и переосмысления себя и мира. Примерно на год он ушел из института, читал немецкую философию, слушал классическую музыку…

Наверное, мы не вписываемся в стандарты представлений о бизнесменах, но, уверена, в основе любого дела должны лежать четкие убеждения и принципы.

— Например?

— О Wildberries говорят, что мы лучше многих работаем с малым и средним бизнесом, создаем для них самые благоприятные условия. Это правда, но буквально недавно выяснилось, что в стремлении полностью автоматизировать процесс взаимодействия с поставщиками и минимизировать возможные риски при проверках мы, наверное, приблизились к совершенству, однако процесс подключения нового партнера стал очень сложен и требует от него не только времени и нервов, но и постоянных консультаций с нашей линией поддержки. А бывает и так, что новый поставщик вынужден прибегать к услугам какого-нибудь платного "навигатора".

В итоге мы полностью перестроили систему, чтобы любому предпринимателю было достаточно вбить для регистрации на нашем сайте свой ИНН, указать юридический адрес и фамилию директора. Вся процедура занимает пять — семь минут. Ранее приходилось заполнять анкеты, прикреплять значительное количество разных документов, выписок, справок… По сути, для начала работы с нами требовалось пройти настоящий квест.

Такой порядок установили не мы. Компанию ведь проверяет налоговая, наша бухгалтерия тоже обязана выполнять положенные требования. Пандемия позволила поменять систему, что дало результат. Скажем, в апреле прирост новых поставщиков был в семь, а в мае — уже в девять раз больше, чем в прошлом году. Скачок!

И продажи у многих наших партнеров, несмотря на разразившийся кризис, активно растут. Мечтаю дожить до времени, когда значительная доля ВВП будет формироваться не за счет нефти и газа, а благодаря развитию малого и среднего бизнеса, росту реального производства, включая легкую промышленность.

В прошлом году мы много ездили по регионам, и кое-где заметны позитивные перемены. Скажем, еще недавно слышала разговоры, что одежду и обувь в России выпускать можно, а вот детские игрушки — нет, для этого нужен определенный пластик, а его у нас не производят, не умеют. Оказывается, уже научились!

Хочется объяснить людям, что они способны сами зарабатывать. Но не надо никого ждать, нужно идти и делать. И я вижу, что становится все больше тех, кто готов самостоятельно что-то создавать.

В 2018-м стала победительницей конкурса Veuve Clicquot Business Woman Award, а в прошлом году летала во Францию и принимала участие в работе жюри. Собралось много народу со всего мира. Хозяйки-француженки жаловались, что в их стране женщины реже мужчин хотят становиться предпринимателями. После окончания института только 42 процента девушек готовы открыть свое дело, а вот среди юношей эта цифра значительно выше.

— Не могу сказать, будто собиралась стать предпринимателем. Не было такого, чтобы готовилась и раздумывала: как создать бизнес-проект, который потом вырастет в нечто грандиозное. Нет, двигалась вперед интуитивно, подсознательно, вслух идею никогда не формулировала.

Почему решила создать интернет-магазин? У Владислава в Москве была маленькая компания, которую он зарегистрировал вдвоем с приятелем. Сначала они пытались продавать компьютеры, но это не приносило никакого заработка. Стали интернет-провайдерами, прокладывали сети на юго-востоке города, в районе Рязанского проспекта.

Денег постоянно не хватало. Попробовала вернуться в репетиторство, давать уроки на дому. Приходили ученики, я с ними занималась. А в соседней комнате плакала дочка. Я постоянно дергалась, и это мое душевное состояние передавалось студентам. Словом, из затеи ничего не получилось. Помню, сильно переживала, что не удается помочь мужу. Психологически чувствовала себя не очень. И послеродовая депрессия меня не миновала. Многие женщины с этим сталкиваются. Особенно с первенцем: ждешь ребенка, готовишься, волнуешься, он рождается, и у молодой мамы на нервной почве сносит крышу...

Вспоминаю те свои ощущения. Почему-то всегда неуютно чувствовала себя в универмагах. Продавщицы что-то советуют, предлагают, а вещь может не особо-то нравиться, не подходить по стилю. Но как об этом сказать? Ведь люди стараются, работают, а ты вроде капризничаешь. Не дай бог кто-то подумает, что нет денег. Позор! Хотя их и правда тогда не было.

Стала думать, как покупать вещи, минуя магазины, и поняла, что я не одна такая!

Решила попробовать продавать через интернет. Знакомые отговаривали, мол, пустая затея, одежду ведь нужно мерить, а иначе никто не купит.

Но я рискнула. Какой-то стройной концепции, четкого бизнес-плана не было. Действовала по наитию. Владислав дал друга-программиста, и тот за 700 долларов сделал сайт онлайн-магазина. Сейчас сказали бы: и front, и back. Появилась возможность принимать заказы. Потом на женском портале разместили первую рекламу. И народ потихонечку пошел…

Продолжение