Шоно баатар – последний герой всех монголов

См. также – “Ойраты в Предбайкалье”.

Эпос «Шоно баатар» отличается от таких произведений устного народного творчества как «Гэсэр», «Аламжи мэргэн», «Джангар», «Манас» и других памятников культуры монголоязычных и тюркоязычных народов.

Многие исследователи считают, что по своему объему «Шоно баатар» все-таки не дотягивает до эпоса, и считается эпической поэмой. Зато эта поэма может сравниться со многими народными произведениями количеством вариантов и интерпретаций.

Как отмечает писатель Алексей Гатапов, автор литературного перевода поэмы на русский язык, «Шоно баатар» был плодом уже исчезавшей из практики устно-стихотворной традиции. После этой поэмы у монгольских народов уже не было столь крупных эпических произведений. Да, были и позже народные герои – Амурсана, Бабжа Барас баатар и другие, о которых сочиняли предания. Но это уже несло локальный характер, и было облачено в краткую прозаическую форму.

Политическая обстановка тех времен

Еще одним отличием «Шоно баатара» от древних сказаний в том, что в нем фигурируют реальные исторические личности. Мы рассматриваем только ойрат-бурятский вариант поэмы.

Шоно (казах.- Лоузан Шуну батыр, алт. – Луузанг Шуно батыр, калм. – Шуна баатр) был младшим сыном ойратского Хунтайж Цыбен Рабдана. Тот был сыном Сэнгэ-хана и Ану-хатан, племянником и преемником Галдан Бошогту.

Цэвэн Рабдана в поэме называют Хун Тайжа хан. Старшим братом Шоно-баатара был Галдан Цэрэн, правитель Джунгарии до 1745 года. Их мать, Налхан-хатан, была дочерью калмыцкого Аюка-хана (1672-1724).

Всего каких-то сто лет – с 1640 по 1745 годы, коренным образом изменили политическую карту Центральной Азии, привели к падению монгольских ханств, и практической утрате государственности среди них. 1640 год был последней попыткой установления монгольской конфедерации, когда ханы собрались и приняли единый свод законов – Монголо-Ойратский устав. Он действовал длительное время в джунгарских, халхасских, бурятских, калмыцких землях. Свои дополнения в него вносили Галдан Бошогту хан и калмыцкий Дондук Даши хан. В 1688 году разгорелась братоубийственная война, приведшая к массовому бегству на север многих ойратов и халха-монголов. Монгольские ханы, один за другим, стали искать защиты от беспощадного Галдан Бошогту под крылом цинского Энхэ Амгалан хана, так монголы прозвали императора Канси – это наименование правителя Цин имеется в записях этнографа Сергея Балдаева.

Во многом, покорность монголов уберегла их от расправы. Но на почти два века лишила независимости. На севере, начиная с 30-х годов XVII века, почти сто лет то добровольно, то принудительно, входили в состав Российского государства племена вокруг Байкала. В 1729 году две империи установили границу, разделив монгольские народы между собой. Чем-то этот акт напоминал произошедший позже раздел Речи Посполитой.   

Конец Джунгарии и память о Шоно-баатаре

К началу XVIII века единственным независимым монгольским государством оставалась Джунгария. Династия Галданов еще пыталась отстаивать свою волю, нападая то на племена киргиз-кайсаков, то успешно отбивая нашествия империи Цин. Последним крупным правителем ойратов был Галдан Цэрэн, взошедший на престол в 1729 году. Джунгары еще сопротивлялись, они стали активно использовать огнестрельное оружие. Галдан Цэрэн вел переговоры с российским императорским двором о поддержке и защите от маньчжуров. Но в России были свои проблемы – после смерти Петра I, началась эпоха дворцовых переворотов, к власти приходили бездарные императрицы и малолетние императоры, и было не до далекой Джунгарии.

В поэме «Шоно Батор» Галдан Цэрэн предстает подлецом и интриганом, но справедливости ради, реальный, исторический Галдан Цэрэн отстоял независимость Джунгарии, заключив выгодный мир, присоединил казахские жузы и часть узбекских территорий.

Джунгарские пикинер-лучник и мушкетер, сер. XVII в.

После смерти Галдан Цэрэна в 1645 году, маньчжуры хитростью и подкупом ввергли страну во внутренние конфликты, и затем постарались вовсе стереть непокорный народ с лица земли.

В 1755 году император Цяньлун обрушил всю мощь Цин на ослабевших джунгар. В 60-х годах XVIII века, ойраты, спасаясь от геноцида, устроенного империей Цин, бежали кто куда. Они несли с собой память о великом Шоно баатаре в кочевья единокровных калмыков, в среднеазиатские жузы, в бурятские улусы. Многие варианты поэмы «Шоно баатар» были записаны русскими, казахскими, киргизскими, бурятскими учеными-этнографами и фольклористами. Первым среди бурятских этнографов на легенду о Шоно баатаре обратил внимание Матвей Хангалов, оставивший записи о ней в виде сведений от информаторов.

Вплоть до 30-х годов XX века эта легенда в устном виде сохранялась у бурят, но постепенно стала забываться. В 1936 году фольклорист Александр Хамгашалов записал один из  вариантов поэмы у сказителя из села Бильчир Осинского района Иркутской области Сагадара Шанаршеева.

Литературный перевод на русский язык осуществил известный бурятский писатель Алексей Гатапов, удостоенный за него международной литературной премии им. Константина Нефедьева на Всемирном форуме поэзии в 2002 году. 

Начало. Ойратские хунтайжи и дочь Аюка-хана

Не будем проводить анализ «Шоно баатара» как художественного произведения, это дело литературоведов. Подробнее хотелось бы остановиться на исторических фактах, зафиксированных в поэме, и изменениях в мировосприятии кочевников, произошедших в те времена.

В первой части говорится о некоем владетеле Эрхэ Тайжа хане, который владел обширными землями.

Среди бурят-монголов правители Халхи и Джунгарии обычно назывались неперсонифицированно, по титулам и названию династии. Титул «Хунтайж» был аналогом принца, отличаясь от «хан», коим мог величаться только потомок Чингисхана, впрочем к XVII веку это правило нарушалось.

Скажем, правителей Внешней и Внутренней Монголии называли Засагту-хан, Тушету-хан, Сайн-хан, Сэцен-хан. Без уточнения, был ли это, скажем Абатай Сайн-хан или Чахундоржо Сайн-хан. Для более точного выяснения историки, как правило, обращаются к монгольским или китайским источникам. В случае с маньчжурскими правителями все еще более сложно. Выше уже указано, что император Канси именовался Энхэ Амгалан ханом. Поэтому говорить, кто именно был так называемый Эрхэ Тайжа хан довольно сложно. Возможно, это был Галдан Бошогту, либо этот персонаж имел несколько исторических прототипов. Так или иначе, из первой части легенды можно узнать, что в долине Зулхэ (реки Лены) появился чудовищных размеров волк, который нападал на людей и скот.

Как известно, власть Джунгарского ханства не доходила до реки Лены, берущей начало возле среднего Байкала, с его западной стороны. Но туда в конце XVII века устремились джунгары, бежавшие от ойрат-халхасской войны.

Возможно, эти беглецы задним числом в поэме и присовокупили свою новую родину к владениям Эрхэ Тайжа хана. 

Сподвижником Эрхэ Тайжа был некий Бухэ Бөөлэн баатар. У него был огромный охотничий пес, который победил волка. Эрхэ Тайжа захотел взять себе эту собаку, и предложил Бухэ Бөөлэну в обмен на пса одну из своих жен. Тот выбрал себе Налхан-хатан. Но гордая женщина не согласилась.

«Но эта красавица тут же

Мгновенно в лице изменилась.

Очи ее загорелись,

И, яростным гневом пылая,

К Эрхэ Тайже, грозному мужу,

Она обратила слова:

Я честью своей родовою

Нисколько не ниже тебя,

А славой своей племенною,

Я, может, и выше тебя!

…

Аюки, великого хана я дочь!

Властителя славного отпрыск!

Отец мой, великий Аюка,

Если услышит про это,

Родительским гневом покрывшись,

Просторы степи всколыхнет,

И в огненный ад превратит их.

…

Так яро она бесновалась

И землю ногами топтала».

 

Тем не менее, Эрхэ Тайжа сумел переубедить жену и отдал ее Бухэ Бөөлэну, которому так же выделил часть своих земель, стада, и людей. И провозгласил его Хун Тайжа ханом.

Мнительный отец и брат-предатель

Старшим сыном Хун Тайжа хана, в исторических хрониках известного как Цыбен Рабдан, и Налхан-хатан, стал Галдан Цэрэн, известный как последний крупный правитель Джунгарии. Через три года у них родился еще один сын.

Крикливый, белолицый Галдан Цэрэн, по мнению отца, взял все ханские качества. Второй же отпрыск, названный Шоно, был «басом рычаший», крепкий телом, и родился видом как трехлетний ребенок.

С детства оба сына стали соревноваться меж собой, и всегда Шоно выходил победителем. Тем самым, умножая зависть и злобу в душе Галдан Сэрэна.

Однажды старший брат подставил младшего. На охоте Шоно подстрелил двух оленей, в то время как Галдан Сэрэн ничего не добыл, и, спасаясь от холода, изломал и сжег свой лук, что считалось преступлением. Потом, Галдан Сэрэн попросил у брата возможность взять добычу и поехав вперед, преподнести ее хану-отцу и матери.

«Оттуда Сырен Галдан дальше

С добычей пошел впереди.

Приехав домой, горделиво

Родителям он заявил:

Вот что добыл я охотой!

И, матку марала с изюбрем

Пред ними почетно сложив,

Дальше рассказ продолжал он:

Младший мой брат Шоно Батор

Охотник совсем никакой.

Все время мне в деле мешал он,

Домой возвратился пустой.

А по обратной дороге,

Не выдержав стужи суровой,

Обманом меня он заставил

Лук мой со стрелами сжечь».

Добродушный Шоно стерпел нападки отца и хитрость брата. Но наветы Галдан Сэрэна продолжались. В итоге хан-отец не стерпел. Наслушавшись речей старшего сына и убоявшись растущей силы и популярности Шоно-баатара, срезал ему хрящи с лопаток и сухожилия с больших пальцев, и велел бросить его в темницу.

Тем временем, на страну Хун Тайжа хана решил напасть «злой хан Аржа Буржи». Под этим именем, возможно, подразумевается маньчжурский император Канси, начавший в 1715 году Вторую ойрат-маньчжурскую войну. Либо Юньчжэн, сын Канси. Он в 1729 году возобновил Вторую ойрат-маньчжурскую войну, начатую его отцом.

Три загадки задавал Аржа Буржи ойратскому правителю, на которые весь ханский двор не мог ответить. Каждый раз совета спрашивали у Шоно баатара, который давал правильные ответы. Но вновь был возвращаем в темницу. Лишь когда войска Аржа Буржи хана подошли к владениям Хун Тайжа хана, отец велел выпустить сына из неволи и послал того воевать.

Джунгары (справа) отбивают атаку маньчжуро-халхасской конницы.

Шоно баатар в одиночку разбил войско маньчжуров, когда его брат, Галдан Цэрэн, был разбит и позорно бежал. Прибежав к хану-отцу, он вновь оклеветал Шоно-баатара. Не в силах больше противодействовать гневу отца и ингригам брата, Шоно-баатар уходит в Калмыкию, к Аюка-хану.

Тот уговорил баатара вернуться на родину. Но там он вновь встретил недружелюбие и желание убить его. Долго скитался Шоно-баатар, пока не ушел во владения белого хана (российского императора). Там он воевал против врагов белого хана, и отдал жизнь за него и его народ.

Обстоятельства гибели по поэме таковы – против Шоно баатара вышла ведьма, которая сеяла смерть среди воинов белого хана. Если он бы выстрелил ей в голову – умер бы белый хан. Если в голень – погиб бы народ белого хана. Если попал бы в поясницу – то сам бы попрощался с жизнью. Шоно баатар послал гонцов к белому хану, с просьбой дать приказ – что ему делать. Но тот воздержался, сказав, что Шоно баатар сам должен решить.

Так пожертвовал собой великий баатар, последний герой всех монголов.

 Вернется ли к нам Шоно баатар?

Сюжет, по которому сильный, могучий, при этом добрый и простодушный герой совершает подвиги, но постоянно становится жертвой заговоров и интриг своих же братьев, встречается во многих сказаниях разных народов. В частности, в русских сказках про Ивана-царевича и серого волка, или сказке Ершова «Конек-горбунок», во многом схожих с «Шоно баатаром».

Герой уже не сын неба Гэсэр, который с легкостью преодолевает как страшных врагов, так и дворцовые хитросплетения.

Шоно-баатар разит врагов сотнями, пробивая своими стрелами целые просеки в боевых построениях противника, но оказывается бессильным перед главным врагом, которого он любит, ведь это его единокровный брат. И погибает не славной смертью, от тысяч стрел и сабель врага, а от какой-то старухи-ведьмы. 

Такие сюжеты обычно возникают во времена смутные, времена раздробленности и предчувствия неминуемого поражения от грозного внешнего агрессора, который обязательно воспользуется междоусобицей. Подвиги становятся не в почете среди разлагающейся правящей элиты. Властитель постепенно деградирует, и из мудрого, справедливого лидера превращается в старого самодура. Наследник престола на поверку оказывается подлым интриганом, без зазрения совести присваивающим чужие заслуги. Кругом царят обман, клевета и предательство. И чувствуется, что конец не за горами…

Так пали русские княжества перед войсками Бату-хана. Так пали джунгары перед императором Цяньлуном.

«С тех пор наш народ беспросветно

В страданьях лихих пребывает,

Ослаб, и живет в униженье

Под гнетом чужих властелинов.

Но память о нашем герое

В народе не меркнет поныне.

- Светлое время наступит,

Истины право придет,

С другим, обновленным оружьем

Выступят наши потомки.

Новые луки и стрелы

Будут в ходу у народа.

Ушедший в тот мир Шоно Батор

К нам возвратится и снова

В нашем народе родится,

Тогда наше племя воспрянет!

- Так седовласые старцы

Когда-то у нас говорили».