Даст ли эпоха перемен нового бурятского лидера

<p>Время определяют люди. Во-первых, те, кто находятся у власти, во-вторых, наиболее состоятельные и имеющие соответствующее влияние, и, в-третьих, те люди, которые не особенно богаты и не находятся у власти, но создают определяющие общественные тренды. Если рассматривать бурят-монголов в обозримом историческом формате, то нам понятнее будет начать с периода Петра (Жамсарана) Бадмаева (1851-1920 г.г.), известного российского политического деятеля, тибетского врача. В то время Россия была настоящей империей, которая соперничала по мощи с Англией, особенно на востоке (Индия и Непал были колониями Великобритании). Стремясь к переориентации российской политики на Восток, Бадмаев строил грандиозные планы по включению Китая, Монголии и Тибета в сферу влияния России. Особое внимание Бадмаев обращал на Тибет. Он писал: «Кто будет господствовать над Тибетом, будет господствовать и над Китаем». Очевидно, что китайцам это было абсолютно ясно, когда Далай-лама покинул Тибет в 1959 году. А Петр Бадмаев, выражая российские имперские интересы, говорил это в начале века. Также можно с уверенностью говорить, что он дал огромный толчок собственно развитию Забайкалья и монгольского народа в целом. Заботясь о своем народе, Бадмаев открыл для своих земляков частную гимназию, где получила образование целая плеяда представителей бурятской интеллигенции и политических деятелей. В том числе Цыбен Жамсарано (1881-1942 гг.), один из создателей Монгольского государства и Бурят-Монголькой АССР. Именно он был идеологом создания этих двух государственных образований, которые до сих пор существуют в мире такими, какими он их задумал. После создания в 1923 году молодой Б-МАССР ее первым руководителем (до 1937 года) стал Михей Ербанов (1889-1938 гг.). Он являлся одним из организаторов государственного строительства бурятского народа. Дальше Бурятская республика идет своим, как говорится, ходом. Меняются руководители, более или менее развиваются ее культура, образование, экономика. В целом, Бурятия развивается как все российские регионы, не хуже и не лучше. В новейшей истории бурят пока нет творческих личностей уровня Давида Кугультинова или политиков, равных по влиянию Кирсану Илюмжинову, как у братского калмыцкого народа. Возможно, их время еще не пришло. Единственной яркой вспышкой в постсоветский период был небывалый рассвет (1997 - 2008 гг.) Агинского Бурятского автономного округа во времена Баира Жамсуева. Округ за короткий период превратился из отсталого региона в одну из самых быстро развивающихся территорий страны. Через своих посредников, таких как Иосиф Кобзон и ряд других не менее известных фигур, Агинский округ начал динамично возводить «мосты» в глобальный мир. Не имея никакого ресурса, Баир Жамсуев тогда практически на пустом месте создал настоящее экономическое чудо. Кстати, при его непосредственном участии фестиваль «Алтаргана» стал Всебурятским. Возможно, что его потенциал реализован далеко не полностью.

Если российские буряты, которые в начале 20-го века определяли судьбы монгольских народов, в настоящее время достаточно малоактивны и малозначимы у себя на родине в Бурятии, то в Монголии с 90-х годов прошлого столетия буряты играют весьма значимую роль. Одним из символов революции 1990 года был бурят по национальности http://mongol.su/wiki/index.php?title=%D0%A1%D0%B0%D0%BD%D0%B6%D0%B0%D0%B0%D1%81%D1%83%D1%80%D1%8D%D0%BD%D0%B3%D0%B8%D0%B9%D0%BD_%D0%97%D0%BE%D1%80%D0%B8%D0%B3" target="_blank" rel="nofollow">Санжаасурэнгийн Зориг. Его убили в 1998 году, практически на самом взлете политического карьеры. Его младшая сестра Санжаасурэнгийн Оюун, министр природных ресурсов и зеленого развития, член парламента с 1998 года, председатель партии Гражданской воли с 2000 года, сейчас является одним из самых уважаемых политиков страны. Первым премьер-министром постсоветской Монголии был тоже бурят Дашийн Бямбасурен. С 2000-х годов на политическом олимпе Монголии мы видим троих представителей бурятского народа. Это экс-премьер страны Санжаагийн Баяр, который в 2007-2010 годах был председателем Монгольской Народно-революционной партии (одной из ведущих партий страны) и считался другом России. Это монгольский политический тяжеловес, бывший президент страны Намбрын Энхбаяр, и, наконец, нынешний мэр Улан-Батора, один из лидеров Демократической партии Эрдэнийн Батуул. Обычно в эпоху перемен появляются люди, становящиеся частью истории нации, страны. Так было и с бурятами. Появляются настоящие лидеры, которые оказывают влияние на ход истории, такие, как Петр Бадмаев в России или Санжаасурэнгийн Зориг в Монголии.</p>