Татьяна Бакальчук: я рискнула, и все получилось. Часть III

— Пандемия повлияла на ассортимент товаров, предлагаемых Wildberries?

— Через нас и раньше продавали санитайзеры, медицинские маски, одноразовые перчатки. Но в марте спрос резко пошел в гору. Мы спрашивали у поставщиков, у кого и что есть, предлагали: везите и торгуйте. Тем не менее дефицит возник. Скажем, поступало 100 тысяч масок, а через два часа их уже разбирали.

Мы старались, чтобы подобные ситуации возникали реже. И цены контролировали, это вменили нам в обязанность: смотреть, чтобы поставщики не завышали. Если кто-то задирал до неприличия, тут же шла его блокировка. Нельзя, чтобы спекулировали на таких товарах.

— Не буду утверждать, будто мы заранее отлично подготовились ко всем возможным вариантам, такое в принципе нельзя предвидеть. Но мы предполагали, что пандемия придет в Россию, и уже в феврале начали менять систему логистики.

Примерно 90 процентов всех наших заказов доставлялось с одного складского комплекса в Подмосковье. И это могло стать серьезной зоной риска. Поэтому начали срочно снимать дополнительные помещения вокруг столицы.
 

Еще мы одновременно решили протестировать новую систему отгрузки, не очень вовремя повысив себе уровень сложности. Но справились.

Когда я осознала угрозу как мать и хозяйка? Наверное, с введением пропусков. Вдруг поняла, что рядовая поездка за продуктами может превратиться в проблему. Поэтому решили сделать небольшие запасы. Признаюсь, у нас дома тоже есть ящик с гречкой и тушенкой.

— Где, кстати, вы делаете покупки?

— Все, что можно, беру на Wildberries. В остальном пользуюсь торговыми центрами, супермаркетами.

— Вам положен персональный дисконт как главе компании?

— У меня он такой же, как у всех сотрудников, и не отличается от максимальной скидки постоянного покупателя.

— Сколько народу трудится у вас сейчас? 

— Около 50 тысяч человек. А в конце 2019-го было чуть более 30 тысяч. Рост значительный.

— Слышал, из-за жесткой системы штрафов многие подолгу не задерживаются.

— Можем поднять статистику, сами убедитесь: текучка у нас небольшая. Да, там, где преобладает физический труд, работа бывает тяжелой, но в Wildberries и девушек хватает, и взрослых женщин.

Модный ныне KPI мы внедрили у себя лет восемь назад, если не больше. Тогда компания насчитывала тысяч пять сотрудников. Поняли, что для повышения эффективности каждый должен работать на совесть и люди обязаны знать, что качество их труда напрямую отражается на зарплате, доход зависит от выработки.

Что касается обязательных восьми рабочих часов, это относится к тем, кто посменно сидит в офисе, у остальных иные критерии вовлеченности в процесс. Зарплаты в Wildberries всегда были выше рынка — и в кол-центре, и на складе, и у курьеров.

— Из-за отказа брать наличку объемы продаж весной сильно упали?

— Поначалу — да. Компания Data Insight с недавнего времени собирает со всех данные и выстраивает еженедельные графики. Когда мы приняли решение, кривая продаж буквально провалилась. Но почти сразу стала выравниваться. Сперва люди возмущались. Даже не столько из-за невозможности оплатить наличными, сколько из-за закрытия примерочных. Требовали вернуть их "законное право", хотя, строго говоря, это наше ноу-хау, такого нет нигде.

Потом все успокоились, поняв, что мы заботимся о здоровье клиентов и продавцов. В начале июня, как только ситуация с вирусом позволила, примерочные стали открываться.

— А ваша жизнь как поменялась с введением режима самоизоляции?

— С марта по июнь просидела дома, очень непривычно. В прошлом году было много поездок.

А вообще, пообщавшись с коллегами и друзьями, пришла к выводу, что у всех было примерно одинаково: и бесконечные конференции по Zoom, между которыми едва успеваешь воды попить, и малая подвижность, поскольку реально сидишь на месте. Раньше на те же совещания нужно было хотя бы дойти, и всегда оставалась возможность прогуляться по офису.

— А с четырьмя детьми как управляетесь?

— Они пытались сами организовать свой распорядок, правда, у младшей дочери не все получилось, пришлось мне подключаться. Сложно учиться на удаленке! Провести 45 минут перед монитором гораздо труднее, чем на уроке в классе. А еще нужно было переключаться между программами, много работы давали для самостоятельной подготовки... Но с этим, наверное, все родители школьников столкнулись. Во всяком случае, кого ни спроси — кругом такие же проблемы.

Конечно, без мамы и помощницы по хозяйству я не справилась бы.

— Вы по-прежнему снимаете жилье?

— Да, у нас это принцип жизни. Не можем долго сидеть на одном месте. Каждые три-четыре года меняем. Какое-то время жили рядом с офисом в Мильково. Потом переехали — все-таки там не очень экология, рядом МКАД, началась активная стройка, вечные пробки...

На новом месте обжились, даже подумывали о покупке участка, цена была нормальная, ниже рыночной, лес рядом, но друг отговорил: "Зачем вам эта деревня?"

И мы окончательно поняли, что нам нужны перемены. Энергия новая открывается.

Когда только поженились с Владом, родственники сказали нам: "Таня, у вас скоро родится ребенок, надо думать о перспективе, брать однокомнатную квартиру в ипотеку. Появится свое жилье". А я, помню, слушала и размышляла: зачем мне однушка в ипотеку?

Хотя жили мы тогда в пяти — десяти минутах ходьбы от офиса...

Девчонки уже подросли, а в настоящий, нормальный отпуск всей семьей мы впервые выбрались года два назад. До этого удавалось или в Сочи вырваться дня на три-четыре, чтобы на лыжах покататься, или с кем-то из дочек в Европу на выходные съездить.

— Хотя бы дом арендуете на Рублевке?

— Нет, нам это не нужно. Но, думаю, мы такие не одни. Уже сформировался новый тип людей с совсем иными ценностями.

— Какими?

— Здоровье. Спорт. Впечатления. Путешествия.

При этом абсолютно не играет роли, какой у кого доход.

Хочется и детям привить правильные принципы. И чтобы им не пришлось сталкиваться с проблемами, с которыми росла я.

— Поясните.

— Все детство и юность были омрачены тем фактом, что я не такая, как все. У меня другая, резко бросающаяся в глаза национальность.

Мои родители в глазах многих тоже выглядели чудаками. Не только из-за внешней непохожести. К ним относились как к неместным, чужим, хотя, повторю, они родились и выросли в России. Может, мне лишь так казалось, но в детстве очень переживала и расстраивалась из-за такой несправедливости.

© Личный архив Татьяны Бакальчук

А теперь понимаю: не будь этих сложностей, возможно, не было бы и Wildberries. Испытания закаляют.

Поэтому и тревожусь, что у наших детей все гладко в жизни. Мы оберегаем их, многое позволяем, ничего не запрещаем. Я противник излишних табу. Допустим, сын полез в лужу. Останавливать его не стану. Если хочет, пусть поваляется в грязи, хоть по уши перемажется. Главное — обеспечить безопасность, чтобы не простудился, не поранился. А моя мама считает, что это неправильно. И меня так воспитывала. Я за большую свободу и доверие. Важно избегать психологических травм.

Конечно, хочу, чтобы дети реализовались в жизни, достигли чего-то по-настоящему значимого, но для этого нужно определиться с базовыми ценностями. Помните фильм Карена Шахназарова "Курьер"? В финале главный герой Иван спрашивает приятеля: "Базин, у тебя есть мечта?" Тот отвечает: "Пальто купить". Тогда Иван снимает с себя пальто, отдает другу и говорит: "Носи. И мечтай о чем-нибудь великом!"

Не скажу, будто я какой-то идеальный человек. Конечно, бывает всякое. Мне нравится, когда нас хвалят, приводят в пример. Сильно расстраиваюсь, если ругают, особенно — несправедливо. Когда бьют по одной щеке, другую подставлять не стану, постараюсь ответить.

Пытаюсь всегда оставаться собой. Без игры и рисовки. У нас вот появился офисный водитель. Месяцев пять назад. Сотрудники настояли, мол, надо ради безопасности. До этого ездила на такси. За руль давно не сажусь, поскольку дважды попадала в аварии.

Еще теперь есть помощница. Тоже коллеги убедили. Для повышения эффективности рабочего процесса. В прошлом году увеличилось количество встреч, перелетов, стал сложнее график, поняла, что нерационально трачу время.

Пришлось признать, что так лучше и для меня, и для компании, согласилась на ассистентку.

Но все равно испытываю жуткое неудобство, когда что-то делается лично для меня, поэтому мы создали систему консьерж-службы для офисных сотрудников, пока простенькую, но, думаю, когда освободятся руки, доработаем ее функционально и сделаем доступной не только для офиса.

— Осталось выяснить вашу мечту. Я уже понял, что это не пальто…

— Было бы здорово, если бы люди жили бесконечно долго, не было никаких болезней.

— Утопия. Солнечный город Николая Носова.

— Нет, знаю, что так не бывает, но вы же спросили о мечте… Всегда надо стремиться к большому и хорошему. Тогда что-то получится. Мне вот кажется, что мы идем в правильном направлении. Если в стране будет много людей, которые смогут делать то, что им нравится, и зарабатывать на этом деньги, масса проблем автоматически уйдет с повестки дня. Счастливым жить легче. Вместе они смогут придумать что-то хорошее, стремиться вперед. А наша задача — помогать, создавать условия для развития бизнеса и повышения благосостояния. Звучит как лозунг, но, надеюсь, вы понимаете, о чем я.

— А когда вы последний раз плакали, Татьяна?

— Когда у близкого родственника обнаружили серьезное заболевание… Мне кажется, что со своими трудностями я сама справлюсь, а вот за родных или детей бывает очень страшно. Не все в наших руках…

— В чем сегодня ваши личные амбиции?

— Не очень понимаю, о чем речь. Скажем, точно не хочу, чтобы моя фамилия становилась брендом. Мне нравится спокойная жизнь, зачем усиливать дискомфорт, который приносит известность? Сегодня могу ходить везде, не задумываясь, что меня кто-то узнает. И для детей лишнее внимание к семье тоже не очень хорошо. Пусть живут нормально.

У меня есть какие-то краткосрочные цели. Хочу вот попробовать марафон пробежать.

Что еще? Для компании, конечно, важны новые горизонты. Если перестать развиваться, расти над самим собой, тебя кто-то обгонит. Рынок наш высококонкурентный, останавливаться нельзя. Хотим, конечно, стать номер один е-commerce в Европе.

— По Amazon и Alibaba себя не меряете?

— Не сравниваем. Это разные компании. Каждая вносит свой вклад в развитие рынка.

— Правильно понимаю, что тема IPO неактуальна для вас?

— Не видим в этом смысла.

— Хотите оставить компанию семейной, передать бизнес дочкам, сыну?

— Пусть дети занимаются тем, чем сами хотят, что их греет. Конечно, будет здорово, если кто-то из них придет работать в Wildberries, но не факт, что сын или дочь смогут возглавить компанию. До любой позиции нужно дорасти, нельзя взять и поставить человека на какое-то место.
 

Да и бизнес, считаю, должен существовать, пока приносит пользу. Если он устарел, стал ненужным, значит, надо двигаться в другом направлении. Нужно меняться, развиваться.

— А что вы, Татьяна, будете делать, когда закончим этот разговор?

— Пойду… кефир пить. У меня случилось спонтанное суточное голодание, разгрузка организма, пора из него выходить. Когда занималась эзотерикой, то и по двое суток голодала, разные есть методики и практики чистки. Иногда ими пользуюсь.

Потом пойду смотреть "Властелина колец". Уже несколько вечеров подряд всей семьей собираемся перед экраном.

На ночь читаем с сыном сказки. Сейчас нас ждет "Медвежонок Паддингтон". С девочками мы обожали двух замечательных писательниц — Астрид Линдгрен и Анне-Катарину Вестли, а сыну стараюсь рассказывать что-то другое, все-таки мальчик.

Честно говоря, по-прежнему люблю книги для детей, постоянно к ним возвращаюсь. Во время карантина сознательно читала только скандинавскую детскую литературу. Своего рода психотерапия. Вокруг все было тревожно, а в этих книгах спокойный и рассудительный мир.

Даже самые, казалось бы, невеселые события способны нести в себе положительные выводы. Я так привыкла относиться к жизни.